Ямайка в Финляндии

Насколько припоминают жители Турку, столы во второсортном стрип-баре, что на улице Александерин, всегда покрывались скатертями, застиранными до последней возможности, а еда подавалась на разносортной посуде. На углу здания чуть ли не со времен владычества шведского короля висело неоновое панно с изображением женского силуэта и рюмки. Ниже значилось красивое имя "Lulu". Ежедневно с наступлением темноты трубки рекламы принималась немилосердно трещать, а заглавная буква имени всё время мигала, иногда погасая совсем. Хозяин заведения финн Пекка Валконен скупился во всем, что не приносило немедленной прибыли.
При баре на нелегальных правах находился бордель. Интимный штат составляли четыре эстонки и две "феи", как звал их Пекка, из российского Санкт-Петербурга. Днем раньше, во вторник, "феи" из го-рода на Неве вызвали на работу еще одну  землячку. Ее звали Илоной. Местные девочки в публичном доме работать гнушались.
В середине недели в "Lulu" царила скука и запустение. Эстонки уезжали к себе в Кохтла-Ярве, а заботы по поддержанию вялого пульса городских будней целиком ложились на "фей". Для обладатель-ниц российских паспортов свободы перемещений не предусматривалось. Но по пятницам все оживало. Хозяин надевал черную шелковую рубаху, белый галстук-бабочку и пурпурную жилетку. Лоснящаяся замша туго обтягивала неопрятный живот. С трубкой в зубах Пекка расхаживал по заведению. Он лично заведовал всем, что касалось индустрии утех. Девчонки трудились в полном составе как заведенные. Раньше хозяину во всем помогала жена, но три года назад она умерла от болезни: что-то по женской час-ти.
До выходных оставалось два дня, и Пекка Валконен в честь этой причины с утра шатался непри-бранный. Зайдя на кухню, он велел поджарить себе яиц и бекона. Захватив вилку, кухонный нож и фуже-ры, он завернул в подсобку за бутылкой контрабандной пятидесятиградусной водки "Волганая" и отпра-вился наверх, туда, где располагались приватки.
 Позови-ка мне толстожопую,  по пути буркнул он жующему резинку бармену.
Челюсти бармена остановились, сонные глаза заморгали.
 Новенькую. Илону,  уточнил Пекка Валконен и деловито рыгнул.  Надо попробовать.
При последнем ремонте Пекка обил стены и пол приватки бордовым покрытием, чем-то наподобие войлока. Меблировка состояла из двух предметов: из стула с гнутыми ножками и стоящего напротив ди-вана. Свет тускло скользил по стенам откуда-то снизу. Нос щекотало привычной смесью приторных за-пахов, свойственных всем на белом свете домам терпимости. Хозяин плюхнулся на диван. Полумрак не позволял разглядеть пятен на темно-красном  в тон стен  покрывале. Кроме мебели интерьер комнаты дополнялся пятью вмонтированными в стену кольцами на защелках  для шеи, для рук и для ног. Каж-дый десятый клиент желал возбуждаться пристегнутым. Лично Пекка считал таких извращенцами, коль-ца  всегда казалось ему  источали угрозу. Но бизнес есть бизнес.
Придвинув к дивану стул, Пекка положил на него вилку с ножом и поставил фужеры. Деревянная ле-стница заскрипела. Вошла Илона  сапожки на каблуках, джинсы в обтяжку и короткая курточка, оторо-ченная искусственным мехом. "Слишком толстая жопа для такого наряда,"  с сожалением констатиро-вал Пекка. С хрустом свернув с горлышка пробку, он разлил водку в фужеры. Примостившись на кра-ешке дивана, Илона хихикнула.
 Prosit,  сказал Пекка и, закатив глаза в потолок, опрокинул в себя фужер.
 За знакомство,  Илона поколебалась (чуть дольше чем нужно,  показалось Пекке) и тоже за-прокинула голову. От крепости ее глаза заблестели слезами.
 Do you speak English?  хмуро поинтересовался Пекка.
 Ye-e-s ,  часто моргая, чтобы не размазалась тушь, ответила Илона. "Голос низкий, с хрипот-цой  это хорошо",  подумал Пекка, а вслух приказал:
 Take your dress off.
 Sorry?  приподняла она бровь.
Пекка вздохнул и отчетливо проговорил по-русски:
 Раз-де-вать-ся.
Илона распахнула курточку, шевельнула одним плечом, потом другим. Высвобождаясь из рукавов, она слегка наклонилась вперед, и Пекка с удовлетворением отметил, как под одеждой, не сдерживаемые бюстгальтером, качнулись тяжелые груди.
Сняв белый с воротом пуловер, Илона вопросительно посмотрела на финна. Он махнул рукой от се-бя. Женщина встала и вышла на середину. Пекка налил себе ещё водки и поощрительно засопел. Сбро-сив с ног сапожки на каблуках, Илона расстегнула молнию и принялась стягивать узкие джинсы. Снимая штанину, она отняла от пола левую ногу, и, балансируя на правой, качнулась. Чтоб не свалиться, она за-прыгала в бок. Части белого женского тела упруго запрыгали. Пекка заволновался. "Опасная курочка",  горячо запульсировало у него в голове. Почувствовав, как нарастает давление в кровеносной системе, он поманил новенькую к себе. Имитируя чистоту, Илона застенчиво прокосолапила к дивану и встала, не-складно переминаясь на полных ногах. Финн протянул руки, обхватил ее широкие бедра и, шумно вздохнув, с силой развернул молодую женщину к себе задом. Почувствовав как жаркие пальцы нырнули под черные кружева трусиков, Илона выгнула спину.
Скрипнула лестница и незапертая дверь распахнулась. Коридор злорадно обдал светом лоно приват-ки. Запахло жареным луком.
 Куда яичницу ставить?  спросил бармен, апатично рассматривая прыщавую Илонину задницу.
Пекка переставил бутылку с фужерами на пол и пристроил шкворчащую сковородку на стул. Бармен не уходил.
 Там пришли две эстонки,  сообщил он.  Кажется малолетки.
 Что надо?  нахмурился Пекка.
 Работать хотят.
 Сколько им?
 Говорят, что по восемнадцать. Врут, наверное.
 Я сейчас,  сказал Пекка Илоне.  Можешь поесть пока. Только мне оставь.
В баре сидели две девушки. Увидев спускающихся по лестнице мужчин, они встали. Та из двух, что считалась у них побойчее, шагнула вперед. Ее поза была вызывающей, из-под взбитых прядей черных волос сверкнули глаза. "Дерзкая чертовка",  подумал Пекка, внимательно оглядев сначала ее, а затем и другую  осветленную перекисью блондинку. Густо нанесенная косметика могла обмануть кого угодно, но только не сутенера со стажем.
 Я не беру малолеток,  буркнул он и пошел обратно.
Черненькая резко подалась вперед. Испугавшись за подружку, блондинка дернула за ее рукав.
 Эй, дядя,  услышал Пекка развязный голос,  мы умеем все делать по высшему классу. Не хо-чешь попробовать?
Пекка не остановился.
 У нас денег нету,  девчоночий голос зазвенел, вызов в нем сменился отчаянием.  Можно мы на билет отработаем?
 У нас правда нет денег,  подтвердила блондинка.
Пекка на ходу отдал распоряжение бармену:
 Покорми их, объясни, где у нас тут эстонское консульство и дай им по десять евро  на автобус-ные билеты,  кинув с лестницы взгляд на застывших девиц, он терпеливо добавил,  я не беру малоле-ток.
Наверху хлопнула дверь.
 Мы не берем малолеток,  зашевелился за стойкой бармен.  Зачем нам проблемы. Яичницу бу-дете?

Через двадцать минут лестница опять заскрипела.
 Какого черта,  преодолевая одышку, заорал Пекка.  Я занят.
Дверь распахнулась и на пороге возникли две мужские фигуры. Из-под бейсболок на плечи спадали длинные волосы, заплетенные в дреды.
Тот, что моложе и выше, достал из кармана телескопическую дубинку.
 Как поживаешь, вонючка?  вкрадчиво спросил он.  Спорим, твой член сейчас у тебя в собст-венной пасти окажется.
 Пошли вон!  зарычал Пекка, и тут же хлесткий удар отбросил его к стоящей на коленках Ило-не. Женщина плаксиво заохала и, опираясь на локоть, боком поползла из-под грузного сутенерского те-ла. Второй пришелец нагнулся и, оскалившись, засмеялся. Схватив Илону мертвой хваткой за шею, он притянул ее перекошенное от страха лицо к своему  черному, смеющемуся, ужасному,  и протяжно зашипел. Вышло проникновенно:
 Ха-ш-ш-ш…
Глядя в его светящиеся белки, Илона ощутила внезапный покой и, без сожаления утратив связь с объективной реальностью, отключилась.
Первым объектом, который она увидала придя в себя, оказался кухонный нож, торчащий из груди Пекки Валконена. Обнаженный хозяин публичного дома прикованный кольцами висел на стене. Его кровоточащий рот был открыт. Края вспоротого живота выворачивались наизнанку грязно-желтыми жировыми запасами. "Вот он какой, целлюлит",  подумала Илона и снова потеряла сознание.

Tags: Отрывки

 У меня есть неплохие сигары,  услышал Ник,  привет от Кастро. На Кубе их только в следующем году собираются изготовить в количестве ста коробок. Пятнадцать тысяч долларов за каждую. Юбилей марки Кохиба.
Строу повернул хумидор от себя.
Изысканный перламутр, черное дерево, кедр, сикомор  все это вместе придавало раскрытому зёву контейнера для сигар, оснащенному приспособлением для поддержания нужного уровня влажности, вид снисходительно аристократический. Начальнику службы безопасности ее подарил когда-то Макаров. Страна, где они с ним тогда встретились, только что вышла из-под советского влияния и находилась в состоянии полной разрухи. Вернее, не разрухи  рушится там было особенно нечему. В Габоне царил хаос, из которого вожди одного из сильнейших племен норовили выжимать всё, что возможно. Об элек-тричестве население за пределами Либревиля  столичного города с населением не дотягивающим до ста тысяч  знало лишь понаслышке. Лампы горели только в президентском дворце, в немногочисленных иностранных посольствах и в нескольких богатых домах  там, где тарахтели дизельные генераторы. Смесь первобытного строя с зачатками современной культуры, до 1960 года насаждаемой ненавистными французскими колонизаторами. Белых местные считали неполноценными особями, живущими в согла-сии с ущербной моралью и годными лишь на то, чтобы за их счет поживиться.
Первый же вечер превратился в урок. Макаров со Строу в соответствии с русской традицией как сле-дует выпили  "за встречу", "за мирное небо над головой" и "за тех, кого с нами нет". Приличные гости-ницы в Либревиле отсутствовали, а в городе остановиться рискнул бы не каждый. Еженощно кто-нибудь из иностранцев становился жертвой киднепинга. Полиция расписывалась в беспомощности  дежурная служба даже не успевала регистрировать преступления. Одним из безопасных мест слыл обнесенный бетонным забором городок, принадлежащий сворачивающему дела российскому посольству. Прежде он охранялся русскими морпехами, и после вывода всех советских учреждений неминуемо подвергся бы разграблению, если бы не оборотистость Макарова. Двухэтажные панельные дома, неказистые с виду, по местным меркам были оборудованы первоклассно: водопровод, канализация, электричество и в каждом окне немыслимое роскошество  кондиционеры "Баку". Оазис цивилизации.
Макаров сдал оазис в аренду наезжающим иностранцам. Вырученных денег едва хватало на обслу-живание инфраструктуры и на уплату охране: местный президент завел себе крапово-беретную гвардию, и один взвод  из наличествующих четырех  нес службу по периметру городка. На прибыль денег не оставалось, однако неунывающий Макаров не уставал повторять: не имей сто рублей, а имей сто друзей. И действительно, никому из приезжих, с какими бы целями он здесь не появлялся, миновать гостепри-имных объятий самозванного коменданта не удавалось. По степени информированности ему вскоре не стало равных.
Воспаленное солнце провалилось за линию горизонта, и на землю опустилась ночная прохлада. Строу с Макаровым перебрались на летнюю кухню. Там их поджидал деликатес  ещё днем по пути из аэропорта машина завернула на местный рыбный базар, где Макаров удивил гостя задатками хваткого коммерсанта. Не обнаружив знакомого продавца, он, торгуясь до хрипа на местном наречии мбете, почти сорвал голосовые связки. Строу посмеивался в сторонке. Торговец сдался, уступив товар за бесценок.
 Сам отрезай клешни, раз уж ограбил меня,  сердито протарахтел он всё ещё на повышенных оборо-тах,  и ящик с собой забирай!
 Ничего, господин, ничего  сосед-продавец, вложив одно запястье в другое, потянул к Макарову ис-сохшие руки и запричитал нараспев,  отрезанные клешни очень быстро испортятся. А краб живучий, краб до утра не умрет. Отрежешь  и сразу вари.
Продавец взял деньги и сердито отвернулся. Отиравшийся рядом мальчонка без слов вытащил из-под стола крышку и заглянул в глаза покупателю. Макаров бросил последний взгляд на, казалось, не одоб-ряющих происходящее крабов и согласно кивнул. Мальчишка закрыл ящик, сноровисто вбил камнем торчащие в двух местах гвозди и, привычно водрузив груз на макушку, засеменил к выходу с рынка.
Получив за доставку монету, он, угодливо кланяясь, попятился и растворился в пропитавшемся ры-бой и криками воздухе.
 Тут, Джон, не торговаться нельзя. Враз слопают аборигены,  поучал Макаров, размещая ящик в ба-гажнике.  Раса, понимаешь, такая. Я уж их изучил.
 Закон джунглей?
 Вот именно! Если не ты, то тебя. Я предпочитаю, чтоб не меня.
Когда по черному небу рассыпались крупные южные звезды, настала очередь крабов. Включив рас-ставленные на газоне специальные лампы, подлетая к которым, всякий крылатый гнус с легким треском погибал от электрического разряда, Макаров открыл пенопластовый короб. В нем, обложенный кусками подтаявшего льда, стоял ящик.
Сбив крышку, Макаров обрадовано произнес:
 Смотри-ка, не уснули, шевелятся.
Закипела вода, и в кастрюлю полетела щепотка высушенной травы, которая, как убеждали местные кулинары, придавала морепродуктам стопроцентно волшебный вкус. Дав воде взойти пенистой шапкой, Макаров снял накипь, зачерпнул поварешкой и с шипением всосал глоток отвара, жгущего внутренность рта. Строу прочитал в его глазах одобрение, изловчился и двумя пальцами схватил за бока присевшего краба.
 Смелей, человек, вернувшийся с холода,  добродушно усмехнулся Макаров, принял краба и умело оттяпал клешни.
Строу освоился и стал работать проворнее. Отдав на экзекуцию очередного краба, он склонился над ящиком.
 Что ты там разглядываешь, Джон? Давай следующего,  поторопил колдующий у огня Макаров.
Строу продолжал всматриваться в шевелящееся содержимое ящика:
 Тут что-то не так.
Макаров запустил руку внутрь и извлек следующего краба. Лапы членистоногого вяло задвигались.
 Вот дьявол, а где же клешни?  удивился русский.  Не иначе собратья отожрали…
 Да нет,  Строу наклонил ящик и резко встряхнул,  они все тут такие. Только верхний слой был с клешнями.
 А что тут есть без клешней-то?  растерялся Макаров.
Строу, прикрыв рот кулаком, беззвучно затрясся.
 Ах, канальи!  яростное проклятье сопроводилось крепким ударом ладони по столешнице.  Поотре-зали! Джон! Обещаю, они пожалеют.
Строу не ответил. Посмотрев на утирающего слезы гостя, отставной кагэбешник фыркнул и отвер-нулся. Потом буркнул что-то вроде "Я ж говорил, тут закон джунглей" и заухал раскатисто.

На следующий день до Макарова дошли слухи об имеющих хождение копиях океанических карт. Вернувшись в городок, он честно признался в этом Строу.
 Будем считать, я просто так прокатился,  криво улыбнулся тот.
Макаров развел руками.
 Прости, Джон. За всем не усмотришь. Но у меня в закромах припасено еще кое-что. Как бы в поряд-ке компенсации несостоявшейся сделки.
 Ну, давай, раздвинь кусты. Посмотрим, что там за рояль.
Не спеша достав из кармана белоснежный платок, Макаров промокнул блестящую лысину и посето-вал на жару.
 Ты теперь свободная птица. Как и я,  начал он издалека.  Иначе говоря, мы оба никому не нужны.
 Отчего же,  возразил Строу,  я неплохой специалист, и мне сделали выгодное предложение.
 Пойдешь работать по своей университетской специальности?  недоверчиво посмотрел на него Ма-каров.  Учителем истории в школу?
 Нет. Хотя с удовольствием бы занялся историей. Слышал о лондонском универмаге Хэрродс? Его хозяин сделал мне предложение.
 Постой-ка! Уж не тот ли ловчила, которого мы подозревали в работе на Лондон, вы  на нас, а в итоге все сошлось на египетской разведке? Мы хотели сгрипчить его, но вы опередили  взяли под кры-лышко.
 Да какая там разведка! Он просто многоплановый коммерсант.
 Да-а! Чем только он только не занимался! Финансовыми консультациями. Биржевыми спекуляция-ми. Морскими перевозками. Топливом. Оружием. И попутно… шпионажем!
 Его работа в пользу египетской разведки всего лишь не доказанная фактами версия.
 Но ведь нет огня  нет дыма. Ещё курсантом я знал, что, начиная с шестидесятых, он навязывался в приятели то Фиделю Кастро, то Рафаэлю Трухильо, то Франсуа Дювалье. Потом делал какие-то маловра-зумительные дела на Гаити и в Доминиканской Республике, а потом вдруг резко порвал со всем этим, словно ему кто-то скомандовал "Отбой!"
 Дмитрий, хорошая память плохо влияет на зрение.
 Серьёзно?
 Как это у вас говорят… "кто старое помянет, тому глаз вон",  дав собеседнику возможность оце-нить его русский, Строу продолжил.  Этот человек ещё в семьдесят четвертом году обосновался в Анг-лии. Если что-то и было, то осталось в далеком прошлом. Сейчас он легальный коммерсант. А какому бизнесмену не требуется охрана?
 Конечно, любая служба безопасности с радостью предложит должность бывшему работнику спец-служб. Только надолго ли? Пока ты обладаешь информацией и горячими связями, ты им нужен. А по-том…  Макаров отмахнулся.
 Что конкретно ты предлагаешь?
 Джон, когда меня запихнули в эту дыру, я, честно сказать приуныл. А потом  ничего. Пообвыкся. Здесь ведь Клондайк!  на простоватом лице русского появилась усмешка.  Вот тебе мое предложение. Я знаю язык, обычаи, поддерживаю связи с местными шишками. Ты знаком со многими лондонскими ювелирами и торговцами золотом. Не желаешь попробовать себя в качестве золотопромышленника? По-дождет твой египтянин.
В воображении Строу прежде не рисовалось предпринимательских схем со своим личным участием. И уж тем более ему никогда и в голову не приходило примерять себя к африканским условиям. Но в те-перешних обстоятельствах рассказ Макарова выглядел притягательно. Конечно, ничего нового он Строу не сообщил. Так, общеизвестные факты. За исключением некоторых конкретных деталей.
Недра Габона  ни для кого за пределами страны не секрет  богаты полезными ископаемыми: мар-ганцевая руда, урановые концентраты, газ, золото и недавно открытые возле города Порт-Жантиль неф-тяные месторождения. Но промышленная добыча совсем захирела. Сказываются частые смены правите-лей. То одно племя у власти, то другое. Иностранным предпринимателям не с кем вести переговоры о покупке концессий, а без гарантий вкладывать деньги в основные средства никто не желает. Но если крупных золоторазработчиков нестабильные условия категорически не устраивают, то мелкие флибусть-еры-старатели, способные рискнуть сотней-другой тысяч долларов, наводнили страну.
Макаров рассказал, что для добычи требуется лицензия. По сути, это ни что иное, как охранная гра-мота, украшенная подписями трех министров: военного, внутренних дел и премьера. Стоимость этой бумаги девяносто тысяч долларов. Эта сумма, по всей видимости, полностью оседала в карманах сило-виков.
Получив на руки лицензию, следовало заняться подысканием рабочей силы. В Габоне себя предлага-ли несколько племен, всю жизнь посвятившие золотодобыче. Руководил всем процессом, естественно, вождь. Он же снимал большую часть оплаты, причитающейся по контракту. Шаман выполнял функции геологоразведки и инженера.
Позже Строу имел возможность не раз поразиться безошибочности шаманского нюха, выискиваю-щего залежи золотоносной руды по никому не ведомым признакам.
Дальше за дело принимались рядовые члены племени. Горные работы производились немудреным способом. При помощи лопат дырявились склоны холмов  в них прорывалось ямы глубиной метра в три. Обнаружив породу, рабочие вгрызались в стену и вели узкую нору в направлении соседней ямы, старясь не потерять золотоносного слоя. Нередко пласт изворачивался самым причудливым образом и рабочий, теряя ориентацию, кружил вслед за ним. Малейшее осыпание грунта становилось непреодоли-мым препятствием к возвращению.
Вождь платил рабочим по доллару в день. Два доллара получали рабочие на плавилке. Ее пришлось оборудовать самостоятельно, так как аффинажных фабрик в стране не было. А хоть бы и были, кто бы им доверил руду?
Следующим в иерархии следовал повар. Пять долларов. Плюс деньги на закупку продуктов. Два-дцать пять желал получать шаман. Вождь получал сто пятьдесят, после всех выплат ему оставалось раза в два больше чем шаману.
Вся артель жила в привычных для себя условиях. Жилища представляли собой что-то вроде индей-ских вигвамов. При необходимости они сворачивались также легко, как и устанавливались.
В племени только шаман умел читать, да и то по слогам. Впрочем, достаточно, чтобы прочитать "ох-ранную грамоту".
 А нападения соседних племен?  осторожничал Строу.  Есть гарантия, что они признают легитим-ность действующего кабинета министров?
 Кто не признаёт, того съедают,  пошутил Макаров.  Слово гарантия здесь не в ходу. Вождь знает расположение лояльных правительству территорий. Традиции и клановые связи работают в Габоне не хуже правовых норм. Я лично не знаю случаев, чтобы лицензией пренебрегли. Если только во время войны.
 А войны здесь часто?
 Случаются,  признался Макаров, но тут же поспешил успокоить,  они внезапно не начинаются. Сначала долго бьют в тамтам  так, чтобы вся Африка услышала. Потом пускают в небо разноцветные дымы, приносят жертвы, обмениваются с соседями амулетами, делают массу всяких других приготовле-ний и только потом объявляют войну. Будет время сориентироваться. К тому же, перед войной начинают исчезать рабочие с приисков. Вождь, связанный союзническими обещаниями, снимает их с заработков и отправляет на войну. Так что сам всё увидишь и поймешь.
 Ладно. С внешним врагом ясно. А как начет внутренних рисков?
 Поворовывают. Но меру знают. Вождь закрывает на это глаза. Понимает, что доллар в день, хоть тут и Африка, им недостаточно.
 А самому ему деньги зачем? Куда он их тратит? Машина у него есть?
 А зачем тут машины?  удивился Макаров.  Дороги и заправки есть только в городах. Да и то не во всех.
 Ну, не знаю… телевизор, аппаратура?
 Тоже ни к чему. Спутниковое телевидение только на иностранных языках. Непривычно и непонятно. Все деньги у вождей в кубышке. Кто-то скот покупает. Многие из вождей традиционно крупные скотов-ладельцы. Ещё, не поверишь, вигвамы отделывают: шелками, кисеёй, мишурой. Многоженство, опять же, к тратам располагает.
 А чего собственные прииски не открывают?
 Во-первых, им не скопить на лицензию. Во-вторых, перед ними встанут трудности сбыта. В Либре-виле продавать опасно, а Антверпен или Лондон для них пустые слова. Солнце и Луна  и то понятней и ближе. Ты, Джон, подумай. Не прогадаешь. Возьми у работодателя таймаут.
Строу улетел в Лондон. Через неделю вернулся и сообщил, что предложение принял. На охранную грамоту потратились в равных долях. Дело постепенно наладилось. Первые месяцы провели вместе с племенем. Ночевали в старом джипе, днем присматривали за процессом добычи. Строу тоже ковырялся лопатой в земле. Больше из любопытства. Однажды рабочие наткнулись на след древней стоянки. Так завязалось новое увлечение.
Первый же груз золота окупил все понесенные расходы. Строу, чувствуя себя Миклухой Маклаем, вернулся из Англии с двумя тюками безделушек для всего племени. Радостно гудя, джип неуклюже пе-ревалил через темно-красный бугор и остановился неподалеку от головного вигвама. В глаза бросилось тревожное напряжение, царившее в лагере. Никто не работал. Над полевой кухней не вился дымок.
Строу заглушил двигатель и вышел из машины. Рабочие молча сидели под навесом. Даже свиньи с курами  племя за неимением холодильников закупало мясопродукты живыми  и тех не было слышно. До его слуха донесся необычный звук. Нарушая странную тишину, из загона раздавалось ритмичное по-шаркивание. Легкий ветерок раздувал по земле птичий пух. Полный недобрых предчувствий, Строу при-близился к загородке. Мозг не сразу дал оценку увиденному, настолько оно отдавало абсурдом. Навоз был перемешан с загустевшей до студенистости кровью. Три черных свиньи, словно иссеченные топо-ром сумасшедшего мясника, лежали издохшие. Там же валялись окровавленные комки перьев и искром-санные куриные тушки. Дощатая загородка подрагивала. Строу перегнулся через нее и увидел причину странного звука. В углу лежала четвертая свинья. Из ее надрубленной шеи обессиленными толчками старалась пробить себе путь свежая кровь. Мухи, не верящие до конца в свое счастье, безбоязненно пи-ровали на трясущемся темно-красном желе. Нога свиньи в предсмертной судороге ритмично елозила по доске.
Строу обернулся к рабочим. Никто из них не пошевелился, продолжая таращиться в бессмысленную даль. Под сиденьем в машине лежал пистолет. Нужно было вернуться.
Вдруг навстречу поднялся чужой человек, до этого неприметно сидевший в тени рядом с рабочими. В руках он держал автомат. Дуло смотрело Строу в живот.
Шевельнулся полог, и в проеме жилища вождя показались ещё двое  белый и черный. Первый с та-ким же Калашниковым, а другой более живописен: голый торс, перепачканный засохшей кровью, крест-накрест перетягивали ремни портупеи, подмышкой угловато чернела пластмассовая рукоятка пистолета, такого же как у Макарова  модель без курка, а сбоку висела самая настоящая сабля. Ребята явно не ме-стные,  чертыхнулся про себя Строу,  австрийские "Глоки" тут не в ходу. По всей видимости, принад-лежат какому-то из наёмных вооруженных формирований. Значит, пока он летал в Лондон, тут началась война?
Тот, что в крови наклонил голову как оглушенный и мутными глазами посмотрел на прибывшего англичанина. Молодой совсем,  подумал Строу и чтобы показать отсутствие враждебных намерений, раскрыл ладони и только тогда шагнул вперед. Черный оскалился и потянул саблю из ножен.
 Спокойно, Ямайка,  на африкаанс предостерег его белый и приглашающе мотнул головой в на-правлении входа.
Строу перешагнул валяющуюся на земле куриную лапу и вошел внутрь. Вождь сидел на обычном месте  на расшитых золотыми нитями подушках. По левую руку от него сидел шаман. Оба не мигая смотрели  не в лицо, куда-то значительно ниже, может быть в центр груди  старому негру, тоже не местному. Странный эффект добавляют неграм седины,  уже не впервые заметил Строу,  помимо воз-раста особый вид умудренности. Белая метка от соприкосновения с запредельностью. Макарова нигде не было видно.
 Заходи, заходи,  ощутимый толчок принудил Строу выйти на середину.
Постепенно свыкшись с убогим состоянием освещенности, Строу увидел Макарова. Он сидел в са-мом углу. Бледное пятно его лица никак не откликнулось на приветствие. Русский то и дело с силой про-водил ладонью себе по груди, рот его судорожно раскрывался, а плечи мучительно расправлялись, слов-но пытаясь заставить грудную клетку раздаться и вместить в себя предельное количество воздуха. С об-реченностью выдохнув, Макаров дрожащими пальцами касался увлажненного липкой испариной лба, вел по нему, затем его рука обессилено спускалась, безвольными складками оттягивала нижнее веко, потом щеку и напоследок губу. Брякнувшись о деревянный настил, рука нервно спохватывалась, снова тянулась к груди, и всё повторялось сначала.
 Он задыхается,  Строу бросился к компаньону.
 Ты не сможешь ему помочь,  произнес по-английски белый чужак, его автомат по-прежнему был настороже. Седой негр остался сидеть в той же позе. Строу остановился.
 Кто вы такие и что вам здесь нужно?  стараясь наполнить голос спокойствием, спросил он.
 Я нахожусь на своей земле,  ответил старик,  не ты должен задавать такие вопросы, а я.
 У нас есть лицензия. Вождь, ты сказал им об этом?
Строу пригляделся. Вождь с шаманом сидели неестественно ровно. Их лица, застывшие иссиня-черными масками, выглядели так, что Строу испугался как бы не пришлось им удариться друг о друга  цокнут и расколются как булыжники.
 Мы уходим,  седой негр встал, опираясь на поспешно предложенную белую руку,  твой друг сам тебе всё расскажет.
Непрошеные гости покинули жилище и Строу метнулся к вождю.
 У тебя есть оружие! Где оно?
Вождь прикрыл глаза. Строу тряхнул его за плечо.
 Где автоматы?
В углу раздался шум. Макаров попытался встать на ноги, но непослушные колени подломились, и он со стоном упал. Послышался рев мотора. Джип, на котором Строу только что прибыл, подняв тучи пы-ли, умчался.
В этот же вечер умер один из рабочих. Вождь и шаман пришли в себя тоже не сразу. Они лежали возле костра, а вызванный из соседней деревни знахарь бормотал заклинания, размахивал укрепленным на палке черепом обезьяны и отпаивал пациентов сваренным на открытом огне снадобьем.
Седого негра звали Латукой. Известный колдун, как со страхом шептали рабочие. Уроженец здеш-них мест, по национальности мпонгве, но долгое время прожил изгнанником в соседней Экваториальной Гвинее. Латука приходил с чужаками. Тот, что белый  бывший французский легионер. Двое черных  наверное тоже из соседней страны. Они пришли пешком, совсем безоружные, если не считать за оружие саблю. Латука велел вождю собрать всех рабочих. Сказал, что так желают высшие силы. Вождь повел себя непочтительно. Тогда Латука поманил его костлявыми пальцами, а когда тот нагнулся, стал ему что-то нашептывать на ухо. С этого момента воля вождя целиком принадлежала Латуке. Та же участь по-стигла шамана. Прибежал Макаров и выхватил пятнадцатизарядный "Глок", с которым не расставался. Рабочие одобрительно загудели. Тогда Латука дал знак одному из приспешников  Ямайке, и тот с вы-ражением дикой радости на лице сиганул в загон и заметался там среди квохтанья и визга, переходящего от недоумения к панике. Не позже чем через минуту над загородкой показалась высоко поднятая рука, держащая за ноги отчаянно трепыхающуюся курицу. Полукругом взмахнула стальная полоска, и курица освободилась из плена. Заходясь воплями, она восторженно рванулась в полет по дерганой траектории, а, приземлившись, диковато затанцевала, ломая крылья о землю. Одну из отсеченных куриных лап Ямайка бросил седому негру. Не обнаруживая суетливости, Латука поймал ее, так, как будто она летела ему прямо в ладонь, и закрутил перед лицом озадаченного Макарова. Затем всё громче и громче забормотал, закулдыкал высоким горловым звуком по-идюшачьи и, наконец, махнул лапой, как поп кропилом на ос-вящении. Дождавшись пока Макаров инстинктивно сотрет с лица красные брызги, Латука хрипло захо-хотал и преспокойно направился к сбившимся в стадо рабочим. Макаров выронил пистолет и, будто бы от удара в поддых, согнулся и захватал жадно ртом.
Толпа колыхнулась и отпрянула, пятясь от идущего на них старика. Заставив людскую массу ткнуть-ся в стену устроенного от жары навеса, Латука размахнулся и швырнул лапу в самую гущу. Рабочий, в грудь которому она угодила, повалился на землю. Над головами раздался тягостный вздох.
Белый наемник принял от шамана два автомата и подобрал с земли пистолет. Затем, подумав, снял с неспособного к сопротивлению Макарова и наплечную кобуру.
 Что им от нас было нужно?  допытывался Строу.
 Это земля Латуки,  твердили очухавшиеся вождь с шаманом,  мы должны ему отдавать поло-вину.
 Это государственная земля. И у нас есть лицензия. А Латука вор,  кипятился Строу,  он забрал деньги, золото, машину, оружие.
 Нет,  упрямо мотали головами вождь и шаман,  Скоро он станет главным правителем.
 Вот если станет, тогда и будем с ним договариваться, а пока что, шел бы он к черту,  поддер-жал Строу Макаров.  Закупим оружие. Наймем охрану. Я сам лично отыщу этого сукина сына.
 Латуке помогают всемогущие духи,  со всей серьёзностью заявил шаман,  спроси у своего друга.
Строу вопросительно посмотрел на Макарова.
 Какие ещё духи!  запротестовал тот.  Запугал он вас, вот и все духи. Я, например, знать не знаю никакого Латуки, на меня его имя не действует.
Вождь поджал губы и молча уставился в пламя костра. Строу смущенно кашлянул. Макаров почесал затылок и признал:
 Не исключено, старик обладает каким-то даром внушения. Не более. Но любой гипнотизер лишь помогает человеку поверить в то, чему он итак склонен поверить. Против воли гипноз бессилен. Тут да-же психотропные вещества не всегда помогают.
 Тогда почему ты дышал как рыба, вытащенная на берег?  не отрывая взгляда от пляшущих язы-ков пламени поинтересовался вождь.
 Совпадение. Просто активизировалось какое-то заболевание. Мой отец астмой страдал. Не бы-вает никаких духов до тех пор, пока человек сам в их существование не поверит.
Вождь с шаманом были непреклонны. Или Макаров согласиться отдавать половину, или племя ухо-дит. Пришлось возвращаться в Либревиль и подыскивать новых рабочих. Но все племена, промышляю-щие золотодобычей, как назло были заняты. Встречались только разрозненные одиночки. Дело осложня-лось ещё и болезнями Макарова, словно взрывающими его тело изнутри. Поселившись в комфортной прохладе кондиционированного воздуха, он простудился. Поначалу грешили на воспаление легких.
 Ничего подобного,  заявил врач, приглашенный из посольства Германии.  Никакая это не про-студа. Корь. Вирусное заболевание. Видите, отечное лицо, "взгляд кролика".
 Что?  переспросил Строу.
 Красные склеры глаз,  пояснил врач и велел Макарову открыть рот.  Ну конечно. Специфиче-ские высыпания на слизистой рта  мелкие красные пятна на небе и белесоватые пятна, напоминающие отруби.
 Разве корь не детская болезнь?
 Поднимите рубашку,  вместо ответа приказал немец.  Так-с. Сыпь на теле. Никаких сомнений. Разумеется, лучше бы корью переболеть в детстве. У взрослых течение болезни часто сопровождается осложнениями: бронхиты, пневмония, поражение зрительного и слухового нерва. Лекарства я вам при-шлю.
В коридоре доктор сказал так, чтобы его не слышал больной:
 Самое грозное осложнение  энцефалиты и менингоэнцефалиты. Они могут привести к параличу конечностей и летальному исходу. В последнее время в Либревиле отмечено несколько случаев.

Макаров ещё с неделю провалялся в постели, пока болезнь отступила. Но, делая вид, что уходит, она, словно в насмешку, перебросилась на бронхи.
 Ничего,  сухо бухал грудным кашлем Макаров,  я и в детстве бронхитами мучался. Каждую зиму. Однажды я был настолько плох, что отец повез меня на Кавказ, в гэбэшный санаторий. Горный воздух, минеральные воды и врачебный уход… бух-бухх… поставили меня на ноги.
Строу на эти слова только хмурился. Его компаньон и слышать не хотел о том, чтобы покинуть, хотя бы временно, Африку. А на робкие попытки заговорить насчет нетрадиционных методов лечения или о том, чтобы слетать в столицу Анголы, где по слухам была православная церковь, Макаров разражался едкими саркастическим смехом.
 Запомни, Джон, слова русский и православный синонимами не являются. Я атеист. И во всю эту требуху с вашим Латукой не верю. Никакой он на хрен не габонский мессия. И к власти придет, только если найдет поддержку извне, что в наше время маловероятно. Сейчас не постколониальные годы, когда по континенту шатались солдаты удачи из бывших легионеров и устраивали заказные перевороты. Ми-ровое сообщество осудило такую практику. А одиночкам-авантюристам поднять столь масштабную опе-рацию не по силам.
Наконец удалось подрядить на работы новое племя. В этом помог министр внутренних дел. От него Макаров вернулся озабоченным. Ходят слухи, предостерег его министр, что какие-то англичане собира-ются низложить нынешнее правительство. И ниточки ведут якобы куда-то наверх. Правительство на-строено воинственно, но воинственность эта показная, сквозь нее просвечивает растерянность. В отда-ленных от Либревиля районах зашевелилась оппозиция. Одним из предполагаемых ставленников наме-чен Латука. К нему стекаются недовольные существующей властью.
Строу и Макаров местному банку не доверяли. Хранили в нем только минимально необходимые средства. После набега Латуки, забравшего с собой наличку, предназначенную для расчетов с племенем, деньги быстро закончились. Строу забронировал по телефону в банке Halifax необходимую сумму и уле-тел за ней в Лондон.
На свой страх и риск он провел в Англии собственное расследование. Оказалось, что слухи о прича-стности английских верхов к смущению покоя либревильских правителей имеют под собой основание. Кто именно стоит за активностью оппозиции выяснить не удалось. Этой силой вполне могли оказаться предприниматели, не удовлетворенные концессионными переговорами с властями обретшей независи-мость страны. Но факты указывали и на возможную причастность к назревающему мятежу властей пре-держащих. Марк Тэтчер  сын тогдашней премьер-министра  был замечен в частых поездках на юго-запад Африки. Нередко его сопровождал бывший однокашник и одновременно бывший парашютист английских сил быстрого реагирования.
Макарова Строу нашел совершенно разбитым. На этот раз к нему прицепилась краснуха  это пото-му, как он утверждал, что в детстве эта зараза обошла его стороной  но он по-прежнему хорохорился.
 Племя наткнулось на жилу, перенасыщенную золотосодержащей рудой,  поспешил он порадо-вать компаньона.
Строу мрачно посмотрел на него:
 Я привез оружие и охранников. Не местных, ездил за ними в Гвинею.
 Это хорошо. Гвинейцы не подвержены местным предрассудкам. Что ты на меня так смотришь? Есть ещё какие-то новости?
 Наши дела не так уж и хороши. Действительно, есть силы, заинтересованные в свержении пра-вительства. Идет серьёзная борьба за габонские недра.
Макаров завозился с сигарой, прикурил и задумчиво выпустил медленное кольцо дыма. Строу про-должил:
 Я заходил к Аль-Файеду.
Его собеседник никак не прореагировал, только прищурился чуть больше обычного.
 Дмитрий, если власть в стране переменится, то в лучшем случае что нам посчастливится  уб-раться отсюда поживу-поздорову. Если повезет, конечно. Если очень повезет.
 Следовательно…
 Следовательно нам нужна помощь. Вернее не нам, а нынешнему обделавшемуся правительству. Аль-Файед и близкие к нему круги способны стабилизировать здешнюю обстановку. Они способны при-влечь необходимые средства.
 Что ты имеешь ввиду?
 Да что угодно. И деньги, и современные вооружения, и профессиональные кадры.
 Ах, да,  ухмыльнулся Макаров,  он ведь многоплановый коммерсант. Предположим. И что же взамен?
 Адекватную долю в солидных концессиях. Тебе не надоело жить в джипе?
Макаров долго думал. Не меньше недели. Потом собрался и уехал в Либревиль. Через три дня к ста-новищу золотодобытчиков пробился правительственный джип в сопровождении двух ATV  четырехко-лесных мотоциклов, управляемых одетыми в униформу автоматчиками. Адъютант президента, церемо-ниально вскидывая колени, промаршировал к ковыряющемуся в земле англичанину и вручил казенный пакет. Взломав красный сургуч, Строу пробежал глазами письмо и бросил почтительно застывшим рабо-чим, что едет на пару деньков в Либревиль.
Охрана президентского дворца не чиня задержек открыла ворота запыленному автомобилю. Сопро-вождение осталось снаружи. Строу провели в аляповато отделанный кабинет. Президент Габона и не-сколько человек из его кабинета стояли возле окна. Министр внутренних дел поспешил навстречу при-бывшему.
 Какое несчастье,  заговорил он,  ваш друг мистер Дмитрий Макаров тяжело заболел.
 Где он,  встревожился Строу.
 О, не беспокойтесь,  вступил в разговор президент, тяжелый мужчина с челюстным аппаратом, отделенным от остального лица глубокими носогубными складками,  он под наблюдением моего лич-ного доктора.
 Что с ним случилось?
 Врач говорит, что у него обострился целый букет острых заболеваний. Но самое неприятное, на фоне обнаружившейся несворачиваемости крови активизировалось прободение язвы. Так это, кажется, называется?
Министры с преувеличенной важностью закивали.
 Язва желудка?  Строу недоверчиво посмотрел на президента.  Но он никогда не жаловался на желудок!
Присутствующие переглянулись. Министр внутренних дел снова взял на себя инициативу:
 Мистер Дмитрий Макаров наш давнишний партнер и… даже друг,  министры снова кивнули, но прежде всех президент.  Врач просил обеспечить больному покой. Мы не меньше вашего обеспокое-ны его состоянием. Но поскольку он обрисовал нам ваши, мистер Строу возможности, мы полагали, что будет целесообразно безотлагательно приступить к переговорам.
 Я хочу его видеть!  повторил Строу.
Министр внутренних дел скорбно посмотрел в сторону президента и молчаливым жестом пригласил гостя к двери, в которую тот вошел минуту назад.
В левом крыле здания располагался неплохо оснащенный медпункт. Строу быстрым шагом прошел сквозь приемную. На стук двери кабинета обернулись две женщины в медицинских халатах. Президент-ским врачом оказалась белокожая женщина с утомленным лицом.
 Маделейне ван дер Месс,  представилась она,  вы его друг?
 Как он?  выдохнул Строу.
Лоб доктора прорезали две строгих морщины.
 Я поражена жизнестойкостью его организма.
 Вы можете ему помочь?
 Ближайшая операционная находится в ангольской столице. У нас очень мало возможностей.
 Требуется эвакуация?
Ван дер Месс взглянула на Строу исподлобья.
 Боюсь, слишком поздно.
 Неужели ничего нельзя сделать?  потухшим голосом спросил он.
Доктор медленно отвела подбородок влево, потом вправо и вынесла приговор:
 Огромная потеря крови. Синдром Меллори-Вейса, осложненый абсцентирующей пневмонией. Диффузное желудочное кровотечение. Множественные трещины слизистой желудка. И это, по-моему, далеко не всё.
Макаров лежал на топчане. Из металлической ванночки у изголовья росла ватная горка жутко-красных тампонов. Его белое как простынь лицо ничего кроме отрешенного равнодушия не выражало.
 Дмитрий,  шепотом позвал Строу.
Услыхав свое имя, Макаров открыл глаза. Его губы зашевелились.
 Коробка для сигар… с "Хабанерой". Дарю... тебе она нравилась… Это с Кубы… от самогò.
 Ерунда! Нашел о чем говорить. Ты знаешь, сколько на прииске мы вчера выдали на гора!
 Расклеился я. Не знаю, поправлюсь ли… Я рассказал им про тебя. Про Аль-Файеда… Поговори с ними,  Макаров поморщился и сглотнул, потом по его лицу пробежала тень, веки закрылись и уголки глаз заполнились двумя солеными каплями.
 Оставьте кабинет,  женщина-врач, неожиданно жестко взяв за локти министра внутренних дел и Строу, вывела их в приемную. Через щель не до конца закрывшейся двери было видно, как Макаров снова поморщился, рот его искривился. Медсестра-негритянка протянула руку за белым тампоном и промокнула две красные жилки, зазмеившиеся по щекам.

Tags: Отрывки

Камеры в Норидже открываются не так уж и редко: для получения пищи, для выхода на работу и на прогулку, для посещения школы, церкви, спортзала, кружков  всё ради того, чтобы наставить заблуд-ших на истинный путь.
Кроме того, несколько раз в неделю двери распахнуты просто так, для общения заключенных друг с другом. Четверг как раз и является таким днем.
Как только щелкнул замок, дверь тотчас приоткрылась, и в щели вспыхнула рыжая шевелюра ир-ландца.
 Партию в шахматы?
Денис никогда не отказывался, но в этот раз игра не заладилась. Одну за другой он зевнул три фигу-ры.
 Нет концентрации,  посочувствовал Джон.
 Да какое там,  согласился Денис,  не тот день сегодня…
Выйдя от Джона, он бесцельно слонялся по этажу.
 Покатаем шары напоследок?  махнул рукой из бильярдной ниши Янек.
Помотав головой, Полищук дернул ручку двери Рыбаря. Камера оказалась закрытой. Видеть никого не желает  такое нередко случается, или ушел куда-нибудь  в церковь, на свидание, да мало ли.
В коридоре встретился Альгис. Зашли в камеру к Витасу. Посидели, попили чаю, обменялись кон-тактными данными. Беседа не клеилась. Денис вышел и направился к телефону. В третий раз за день.
Кристина взялась пристрастно допрашивать о деталях праздничного меню  в честь завтрашнего ос-вобождения.
 Уточку потушить или баранину на ребрышках приготовить?  плеснула она горючим вопросом на раскаленное воображение Полищука.  А хочешь, запеку молочного поросенка?
Цепко выловив в невнятном мычании нотки, известные только ей, Кристина развила атаку:
 Нафаршировать яблоками, черносливом или грибами?
Не решаясь ни в чем себе отказать, Денис захлебывался предвкушением:
 Яблоками! И черносливом… с грибами…
 Покушать ты всегда любил,  ласково похвалила Кристина.  Чего ещё душенька твоя пожелает?.. Не можешь сообразить? Представь себе наш магазин, вспомни, где одно лежит, где другое...
Мечтательно опершись на таксофон, Денис мысленно бороздил межполочное пространство супер-маркета "Теско". Продуктовая тележка уже ломилась от снеди, а они с Кристиной всё никак не могли обуздать приступ гастрономической буффонады.
 Не покупай ничего,  вдруг загорелись его глаза,  завтра вместе заедем и купим.
 Это ещё что за номер?  запротестовала Кристина.  А готовить когда?
 Обещай, что не будешь смеяться…,  прикрыв трубку рукой, зашептал Денис,  мне самому нужно сходить в магазин… Я хочу побродить между жратвы. Ты что!?.. а кто обещал не смеяться!..
Боковым зрением Денис уловил стремительно приближающегося негра. Тот шел, прямо к нему, бро-сая по сторонам тревожные взгляды. Это был Хэпи Тьюлип (Веселый Тюльпан), прозванный так, во-первых, за продажу крупной партии экстази ("таблеток, дарящих счастье"), а во-вторых, за то, что он ввозил товар из Голландии  страны, как известно, тюльпанов.
Хэпи Тьюлип на свободе владел дискотекой. Безумный меломан,  где бы ни раздавались аккорды, он не мог удержаться на месте. Тонкий стебель длинного тела сразу начинал изгибаться и пританцовы-вать.
Тюльпан и сам здорово пел, особенно свои негритянские рэпы. На воле, говорят, продавались два его собственных диска.
 Представь себе, браза,  заводил он одно и то же каждому новичку,  MTV-Africa меня пожизненно лишило лицензии... За что, спрашиваешь? Да ни за что! За наркотики! Им-то какое дело?! Ты думаешь это всё? Не-ет, браза!  Тюльпан делал отрицательное движение руками, головой и вообще всей верхней частью своего тела.  Фирма звукозаписи Universal  латиноамериканское отделение  туда же! Тоже расторгла со мной все контракты! Можешь представить себе? Прессуют нашего брата.
Историю своего падения Тюльпан рассказывал с непременной улыбкой радостного удивления, словно приглашая всех разделить с ним веселье, порожденное курьёзным недоразумением.
Остановившись возле телефона, Хэпи Тьюлип пальцем указал на свои губы, потом на Дениса. Его непропорционально огромная голова всегда цвела белозубой жизнелюбивой улыбкой, которая сегодня казалась чуть-чуть виноватой.
 Подожди секундочку, Кристик,  лицо Полищук утратило безмятежность.  Ну, что у тебя?
 Капитан,  задергался как собранный на шарнирах Хэпи Тьюлип,  Рыбаря на второй этаж переве-ли…
 Допустим,  обрезал его Полищук,  тебе-то что с этого?
 Капитан,  продолжил Тюльпан, озираясь по сторонам,  ты, может, не знаешь, но я с Филом того… ну, не очень. Мы из Нигерии оба, но это мало что значит. Население там двести двадцать миллионов. Это три Англии. У нас племена…
 Короче,  вздохнул Полищук. Нагрянувший ураган политической географии безжалостно смел продуктовые грезы.
 Это я, чтоб ты понял. Клановый протекционизм, он хуже расизма. Племенизм, так сказать.
 Кристина, я перезвоню,  ведомый скверным предчувствием, Денис положил трубку и повернулся к Тюльпану.  Давай без загадок.
 Представь себе… в общем, Фил хочет сегодня с Рыбарем разобраться,  сказал Тюльпан, а чтобы было совсем без загадок прибавил,  убьёт, наверное.
 Откуда ты знаешь?  приходя в состояние тревожной готовности, резко спросил Полищук.
 Сам слышал,  кожа негра приобрела сероватый оттенок.  Это Фил устроил перевод Рыбаря к себе на этаж. Чтоб никто не мешал.
 Когда?  посуровел Денис.
Тюльпан приблизился к ограждению и быстро глянул через перила.
 Переходы между этажами, кажется, уже перекрыты,  поделился он наблюдениями,  на первом этаже офицеры камеры закрывают. Значит… прямо сейчас.
 Знаешь, где новая камера Рыбаря?
 Двести двадцать четыре,  Тюльпан с готовностью притопнул ногой,  прямо под нами, в углу.
Денис, чтобы увидеть дверь Мыколы, пошел  всё быстрей и быстрей, потом побежал  вдоль перил. Отбежав на достаточное расстояние, он перегнулся через поручни. То, что открылось ему, подтвердило рассказанное Тюльпаном.
Фил с раздатчиком, оба в охотничьей лихорадке, нисколько не думая прятаться, скользнули в четы-реста двадцать четвертую. Третий головорез из их шайки остался стоять у двери.
Денис бросился к лестнице. Дверь была заблокирована.
 Уточка с черносливом,  пробормотал он и, перебирая руками, снова пошел вдоль перил.
 Эй,  крикнул он, увидев на первом этаже толстого офицера.
 Эй, эй,  замахал руками Тюльпан.
Толстяк, мельком глянув наверх, озабоченно запыхтел в сторону выхода, но на лестнице так и не появился.
Неплотно закрытая дверь камеры Рыбаря вдруг грохнула о косяк. Негр, оставленный в коридоре, взволнованно подскочил к ней и взялся за ручку, соображая, нужно ли что предпринять и не будет ли это нарушением полученных от главаря предписаний. Новых ударов не последовало. Он медленно от-пустил руки, постоял в нерешительности, затем яростно зачесал правую ладонь о штанину и, попятив-шись задом от двери, занял исходное положение.
 Эй, позови Фила!  крикнул вниз Полищук.
 Его Максом зовут,  подсказал Тюльпан,  он сумасшедший.
Оставленный на шухере Макс вздрогнул, окрик привел его в рабочее состояние. Увидев на третьем этаже Дениса, он, млея от ласк снизошедшей фортуны, засмеялся и, ритуально приплясывая, помотал головой. Потом рука его резко взмыла, протыкая пространство трепещущим от возбуждения средним пальцем. Улыбка сошла с его губ, и только остатки ее нервно подрагивали, обнажая бешеный прикус.
Денис смотрел вниз, постепенно осознавая, что с первого дня ему не давал покоя вопрос: отчего ме-таллическая сетка натянута только между первым и вторым этажами. Потом его мозговое пространство пропороли два слова: "Прыгать нельзя!". Он оттолкнулся и прыгнул.
Сетка взвизгнула от неожиданности и, раскачиваясь, заскрипела. Злобные точки глаз толстого офи-цера мелькнули внизу и скрылись за облаком оседающей пыли. Макс вытащил из штанины острую спи-цу и, наклонив голову, как бычок, ринулся навстречу обнаглевшему Капитану. Настало время проучить чужака.
"Разум управляет телом"  любил повторять спортинструктор школы милиции Кобяков. Как давно это было! Акцент делается, учил он, на объединение мыслей и действий в одно целое и высвобождение той странной духовной энергии, которую айкидоисты называют ки. Разум является частью тела и содер-жится в нем. Если использовать айкидо надлежащим образом, любая жестокая и грубая агрессия может быть мягко и чисто нейтрализована. Убить агрессора  это нарушение этики айкидо.
Кобякова убили прямо в трамвае  пробили бутылкой череп. Не только преступников, но и свидете-лей не нашли. Все произошло поздней ночью. Судмедэксперт сказал:
 Удар нанесли сзади. Вы и без меня это видите.

Денис перескочил ограждение и пошел на Макса  как учили, покачиваясь, в такт с дыханием, пере-нося вес тела с ноги на ногу. Выдох  вес переносится на правую ногу, вдох  на левую. Подключить руки, обожгло память: во время выдоха правая рука почти разгибается в локте и выносится вперед, вдох  возвращение в исходное положение. Затем то же самое, но в противоположную сторону с поворотом головы влево и работой левой рукой. Получалось с трудом. Мышцы не желали входить в заданный ритм.
Глаза Макса налились кровью, готовясь к удару, он отвел руку со спицей назад, благодаря судьбу за предоставленную возможность и за то, что никто не может ему помешать.
"Не обращайте чрезмерного внимания на оружие, на лицо или на угрожающую позу противника,  часто говорил ученикам Кобяков,  это только внешние проявления. Кто смотрит на это, тот подвергает себя самогипнозу".
Чтобы увлечь нападающего вперед и тем самым увеличить первоначальный импульс атаки, Денис сделал несколько дугообразных шагов.
Беспрестанные назидания Кобякова (сэнсейские штучки, как шутили курсанты), помогли освоить науку  как оставаться собранным во время развития атаки противника  чтобы ясно воспринимать все поведенческие оттенки и эффективно на них реагировать.
Ослепленный приближающейся развязкой Макс несся вперед  к уважению, к авторитету и к славе воина, окоротившего самого Капитана.
Интуитивно почувствовав кульминацию, Денис проскользнул навстречу Максу и нырнул под него. Затем глубоко присел и уподобился большому камню, внезапно возникшему на пути.
Из-за неожиданности маневра и собственного динамического увлечения Макс  это произошло бы неизбежно  кувырком перелетел через Дениса и с мясницким хрястом, врезался головой в столбик барь-ера ограждения. Горделивая мысль, только что пульсировавшая в мозгу воина-победителя, отлетела ти-хим прозрачным облачком.
Полищук вскочил позади уже неопасного противника и в несколько шагов оказался возле камеры двести двадцать четыре.
Теперь он перемещался особым, скользящим шагом, получавшимся автоматически,  что показалось ему добрым знаком. Ноги сами искали наиболее уравновешенное положение тела. Прямая, но гибкая спина. Готовность  расслабленная, мягкая  кошачья. Денис толкнул дверь и оказался в камере. "Дух первичен, материя подчиняется силе духа"  напомнил ему Кобяков.
Ближе всех стоял раздатчик. Обернувшись, он метнул знакомый обрезок трубы, метясь Полищуку в голову. Из-за недостатка подготовленности человек зачастую неуклюже старается причинить любой вред, который ему только по силам. Не сгибая поясницы, Полищук низко присел и тут же поднялся. От-рикошетив от распахнутой настежь двери, труба скакнула тремя лязгающими блинчиками по каменному полу коридора и успокоенно чавкнула о распростертое тело сумасшедшего Макса.
Взревев, раздатчик прыгнул к стоящему в насмешливой неподвижности Полищуку и схватил его за грудки. Правой рукой за левый отворот куртки  отметил Денис. Всё, что ему было нужно  дождаться проявления конкретных намерений. Начальное телодвижение содержит факторы, которые затем удобно использовать для погашения наступления.
По широкой дуге Полищук отвел левую ногу назад  яркой чертой стратегии айкидо является упор на кругообразность или сферичность,  и одновременно замахнулся правой рукой. Имитация удара в лицо заставила раздатчика отшатнуться, направив его по касательной к воображаемой окружности, ли-шая заодно равновесия. Вслед за тем, всё ещё поворачиваясь на левой ноге, Денис отвел правую ногу вправо-назад, тем самым втягивая чернокожего, уже озадаченного зарождением собственного пируэта, в движение наружу и вокруг себя. Всё шло чисто, как по учебнику. Для завершения дестабилизации напа-дающего, Полищук совершил второе движение движение контролирующего вовлечения тэнкан, на этот раз влево, а затем резко наклонился, направляя ставшее послушным тело противника вниз. Спина раз-датчика с размаху впечаталась в пол, принудив легкие к надсадному  кхе-е...
Захватив перед самым падением руку, до сих пор (очень кстати) удерживающую отворот его куртки, Денис попытался провести удержание, но, бросив эту затею, отскочил из камеры в коридор. Вооружен-ный ножом Фил, оставив в покое прикрывающегося разбитым телевизором Мыколу, ринулся на Поли-щука.
В конце коридора открылись двери на лестницу, и послышался окрик:
 Стоять, где стоите!
Фил на мгновенье замер, но, оценив расстояние до бегущих охранников, снова прыгнул к заветной цели, ножом кромсая тающую дистанцию. Денис подался назад  всё очень просто. Враг атакует, а ты уходишь. Враг погружается в вакуум и теряет собственную точку равновесия. Находящимся в движении человеческим телом чрезвычайно легко маневрировать.
В новом выпаде Фил норовил достать нижнюю часть живота. Вот сейчас, щелкнуло в голове Дениса, пора!  наверное, это и называется высшим самообладанием и духовным контактом с нападающим. По-лищук, уходя с линии атаки, шагнул левой ногой к правому боку Фила и опустил свою ладонь на тол-стую как бревно руку врага, стремясь перенаправить стремительный выплеск его мощной энергии.
Увлекать вниз до тех пор, пока он, устремившись вперед, не утратит равновесия, а затем, поворачи-ваясь, закружить вокруг себя, заместив его утраченный центр тяжести своим собственным, и, наконец, по широкой дуге поменять направление движения на обратное, завершив всё мельничным броском  это был излюбленный прием Дениса, доведенный им когда-то до совершенства.
Но то ли годы взяли свое, то ли Фил оказался парнем не промах  ничего такого у Дениса не вышло. Намеренно поддавшись навязанной ему траектории, Фил всего лишь чуть-чуть изменил направление, крутнулся влево, и ушел в кувырок. Через мгновенье он снова бросился в бой. Перекинув нож в левую руку, он сделал обманный выпад и тут же кинул оружие обратно. Фокус заключался в том, что рукоятку он перехватил теперь по-другому  для кругового удара сверху.
Заметив нож, несущийся вниз, к его шее, Денис в самое последнее мгновенье шагнул внутрь линии удара и попытался блокировать его левым предплечьем. Не почувствовав боли, только увидев кровь, он, инстинктивно бросил правую руку на помощь раненой левой, стараясь во что бы то ни было ухватить кисть, вооруженную ножом. В глазах Фила ясно читалось  он уже перешел границу между жизнью и смертью, прочерченную среди дымных просторов его ментальных полей.
Тщетную мысль  пустить тело противника по орбите своего центра  Денис с отчаяньем отогнал. Слишком поздно. Из последних сил сопротивляясь обеими руками, он почувствовал безнадежность. Фил понял всё и, почувствовав превосходство, в приливе торжествующей силы удвоил давление.
Маска пристойности айкидо слетала, открыв под собой оскал грязной уличной драки. Ослабив со-противление, Денис резко ушел влево, почти за спину уже было почуявшему кровавый пир зверю, и сам, тоже зверь, отдавшись безошибочному инстинкту, далекому от красоты и этических правил, ударил сто-пой в область подколенного сгиба исполинской ноги и нажал всем своим весом, помноженным на отча-янье.
Фил не сразу осознал предательства подломившегося подколенья. Удивляясь, отчего это пол так бы-стро помчался навстречу, он отметил растерявшейся мыслью, что его красивая, черная, мускулистая ру-ка, вооруженная безотказным клинком, в отсутствии былого препятствия  пары белых, измазанных красной слизью рук  стремительно распрямляется, и что это препятствие само в этом ей помогает. Лез-вие его собственного ножа теперь целилось ему прямо в живот. Не успев понять, как всё случилось, Фил среди тысячи звуков распознал один  самый важный. Рукоятка ножа дурным тычком стукнулась об пол, и сто с лишним собственных килограмм пока что живого негритянского веса услужливо насадились на кончик ножа. Не очень здоровая печень громилы влажно обняла голодное лезвие.
Полищук лежал сверху и, заставляя клинок вгрызаться глубже и глубже, продолжал давить грудью и левым плечом в спину отяжелевшей туши бывшего недруга пока возле лица не загарцевал эскадрон форменных ботинок охранников.
 Polischuk, he is dying ,  услышал он сверху и только тогда отрезвел.
Вытащив свои изрезанные руки из-под поверженного тела, он встал на колени и посмотрел на Фила. Черная голова была неловко подвернута. Уголок рта вытолкнул темно-красный ручей.
 For Potapoff ,  не узнал своего голоса Полищук.
 What?  потухающим шепотом переспросил Фил.
Охранники молча потащили Дениса прочь, крепко ухватив его локти.
 Второй Белорусский,  по-русски, ни к кому определенно не обращаясь, сказал Полищук,  Петр Артемьич...

Tags: Отрывки

В одном здании с проходной располагалось помещение, предназначенное для встреч заключенных с гостями. Прямо в центре стоял огромный аквариум. Единственная рыбка, до этого неподвижно висевшая в толще зеленоватой воды, чего-то вдруг испугалась и в мгновение исчезла, оставив вместо себя медлен-но оседающее облачко донной мути. В углу располагалась буфетная стойка, по периметру с десяток сто-лов. Все, кроме двух, были заняты.
Прихода Дениса никто не заметил. Посетители, поглощенные друг другом, не прервали жадных бе-сед. Людская разноголосица ударялась о потолок и гулом растекалась по низкому помещению.
Полищук огляделся: один из свободных столов находился у входа, другой располагался в живопис-ном углу, среди зелени разлапистой пальмы. Его он и занял. Буфет торговал за наличные, которых у него не было, и быть не могло. Кристина ещё не пришла. Чтобы занять себя, Денис стал разглядывать визите-ров.
Сквозь листву виднелся соседний столик. За ним сидел худосочный парнишка из корпуса "Е", где содержат насильников, и что-то сердито доказывал матери. Мать испуганно соглашалась.
Дальше располагался индус в окружении многочисленных родственников. Все пили чай и смотрели, как резвятся двое мальчишек, индусовы сыновья. Разбежавшись, сорванцы несколько метров скользили, состязаясь, кто дольше проедет. Не удостаивая ни малейшим вниманием публику, сидящую за буфетны-ми столиками, они замеряли дистанцию и возбужденно галдели.
Глаза других детей, вместе с матерями явившихся проведать отцов, горели от зависти и восхищения. Прокатиться по блестящему полу, да еще в обстановке тюрьмы средней категории безопасности  тут есть чему позавидовать. Но для успеха нужна обувь на особой подошве. Кроссовки не годились для этой цели, даже самых именитых производителей. Только сандалии, пошитые из природного материала, именно так их делают в Индии.
Открылась дверь, и охранник впустил двух женщин.
Первой вошла длинноногая, сочнотелая негритянка. Лучшая представительница африканских пле-мен, показалось Денису. Она, не удостоив никого ни поворотом шеи, ни взглядом, гордо прошествовала мимо свободного столика к стойке буфета.
Пышная, в сборку, юбка и короткая майка на тонких бретельках, лопающаяся на груди от напора жизненных сил  резали глаз ослепительной белизной, наложенной на иссиня-черную кожу. Стать ее: прямая спина с плечами очень резко, может быть через меру, отведенными назад, высокомерно поднятая голова, а, главное, манера двигаться, плавно и одновременно стремительно, размахивая руками при за-стывшем в неподвижности корпусе  всё отсылало к неуловимым, полурастаявшим образам, оставившим в памяти вместо себя оседающее мутное облачко: оазис в пустыне и черная женщина с кувшином на го-лове…
За негритянкой вошла Кристина. Толкнув стол, Денис неуклюже поднялся. Глаза Кристины заулы-бались, она поспешила навстречу и мягко взяла протянутые для объятья руки.
 Неудобно при всех,  шепнула она и подставила щеку. Опустившись за стол, Денис молча смотрел нее. Слова вихрем кружились в голове, но подходящее случаю никак не могло подвернуться.
 Похудел-то как,  кончиками теплых пальцев Кристина провела по щеке Дениса.
 Да чего уж,  кашлянул он,  зато тело в порядок привел. Три раза в неделю в качалку хожу.
 Везет же,  Кристина сморщила носик,  я пробовала аэробикой заниматься, не успеваю.
Помолчали. С каждой секундой возобновить разговор оказывалось всё труднее. Денис проклинал се-бя за черт знает откуда нахлынувшую нерешительность. Любая тема казалась теперь ему неуместной.
 Ну, как там Ромка?  решил он заговорить о нейтральном.  Чем занимается?
 Ромка?  Кристина обвела взглядом комнату для свиданий.  А что Ромка?.. Подожди, я куплю что-нибудь сладкого. Пора начинать тебя откармливать.
Денис остался сидеть за столом. Несколько лет они жили вместе, на двоих разделяя всё, что им вы-падало. Однажды показалось, что совершили ошибку, что не пара. Расстались и два года не виделись. Потом, случайно повстречавшись на улице, бросились друг к другу.
 Я так и знала, что мы обязательно встретимся,  шептала Кристина.
 Я тоже знал,  Денис бережно обнимал ее лицо своими большими ладонями,  давай никогда больше не расставаться.
Между ними давно не было ни одной тайны, ничего недосказанного. Но теперь, после короткой раз-луки  прошло всего чуть более месяца со дня ареста в аэропорту Stanstead  он вдруг осознал, что отче-го-то робеет и не знает, как к ней подступиться.
В другом конце комнаты Полищук разглядел ирландца Джона. Он, сосредоточенно сдвинув рыжие брови, кормил из бутылочки сверток из одеял. На столе лежала ненужная шахматная доска. Денису не было видно, но, вероятно, тот, кто был в свертке, часто выплевывал соску, и тогда жена Джона с волне-нием привставала. Также как руки случайно оказавшегося в пассажирском кресле шофера безотчетно ищут баранку и рычаги, ее руки непроизвольно порывались придти мужу на помощь, а губы причмоки-вали, как будто бы это в них была соска.
Девчушка тоньше былинки, в цветастом платьице и сандалиях на босу ногу стояла возле стола, изо всех сил желая присоединиться к веселью мальчишек, но не решалась сделать первого шага. Джон что-то шепнул ей и легонечко подтолкнул. Светясь от собственной храбрости, она вышла на старт. Теребя ма-терчатый поясок, дождалась свободной площадки, машинально заправила за ухо золотистую прядку, разбежалась и заскользила.
Дверь снова открылась, и на пороге оказался Фил. Увидев Дениса, он равнодушно отвернулся, слов-но и не было между ними стычки во время прогулки. Чернокожая встрепенулась. Ее пухлые губы обна-жили влажный глянец белоснежных зубов. Белки неестественно крупных глаз потускнели от поволоки.
 Пантера!  восхитилась Кристина, заставляя столик пирожными. Официантка принесла чай.
 Ты лучше в сто раз,  запротестовал Полищук.
Кристина игриво склонила голову набок. Денис потер руки:
 Ну, гулять, так гулять.

Фил вытянул руку, через всю комнату, указав на соседний с Денисом столик. Тщедушный насильник затравленно выглянул из-за пальмы и больше не смел отвести глаз. Фил щелкнул пальцами и зыркнул в направлении стола, пустовавшего около входа. Пантера ласково потерлась о крутое плечо.
Насильник снова исчез за пальмой. Послышалось яростное шипенье и через минуту они с мамой, не-ловко кособочась, потащили снедь на другой стол. Мама закивала Филу снизу вверх  мелко и пони-мающе. Сын шел, глядя перед собой пустыми от страха и злобы глазами.
Отведя в сторону ветвь, Фил пропустил подружку вперед. Она поставила на стол бутылку с водой  единственное, что было у нее в руках,  дождалась, пока Фил сядет на стул и одним движением подбро-сила воздушную материю юбки. Сверкнув на мгновение крепкими ляжками, она оседлала бедра трепе-щущего от желания друга, прильнув к нему, завозилась, хрипло охнула, и они поскакали по африканским колдобинам.
 Так что у нас с Ромой?  набив рот пирожным, вернулся к своему вопросу Денис.
 Рома колдует над протоколом связи между платежными терминалами и карт-центрами,  голосом, полным беспечности, сообщила Кристина.
 И как результаты?
 Я в этих делах очень мало понимаю.
Денис нахмурился:
 Перспективы-то есть?! Или зря мы его кормим-поим?
 Будущее покажет,  Кристина по-прежнему избегала определенных суждений,  парень вроде ста-рается.
Денису показалось, что мысль ее занята единственно тем, чтоб не заподозрить, будто она Рому хва-лит. Человека, следящего за тем, какое впечатление он производит, выдает неестественность поведения. В свою милицейскую бытность Денис вдоволь насмотрелся на виртуозов, которые, оставаясь в тени, умудрялись подводить собеседника к нужным выводам, создавая у него иллюзию полной самостоятель-ности умозаключений.
Открытое проталкивание идеи редко ведет к ожидаемому результату. Слишком велик риск натолк-нуться на сидящее внутри оппонента упругое чувство противоречия. Тут как в восточных единоборствах, особенно в айкидо: к ожидаемым результатам скорее ведет использование силы противника, а не грубое применение собственной.
Выявить истинное стремление ведущего психологическую игру не составляет труда. Достаточно ус-тупить подстрекающей воле и все станет на место  последует проясняющая реакция.
Только одно смущало Дениса: разве Кристина противник ему? Мысль о том, чтобы применить свои умения сейчас и по отношению к ней вызывала в нем ропот сопротивления. Но как иначе избавиться от зародившегося беспокойства?
 Смотри, во-первых, у Ромы возникли проблемы со взломом банков. Во-вторых, нет видимых сдви-гов по терминалам,  говоря эти слова деланно равнодушным тоном, Денис украдкой посматривал на Кристину.
По ее взволнованному лицу промелькнула легкая тень протеста.
 Да-а, неплохо бы подыскать парню замену,  будто бы ничего не замечая размышлял Денис,  тут ты права.
Черты лица Кристины заострились. Десертная ложка, которой она помахивала до того, оказалась на бумажной тарелке. Отодвинув от себя чашку с чаем, она посмотрела на Дениса. Взгляд был таким на-пряженным, что сумрачное беспокойство, ворочавшееся в его груди, оборвалось и холодным комом сва-лилось в живот.
 Зачем нам замена?  чайная ложка снова оказалась в руках Кристины и завертелась пуще прежнего.  Ты неправильно меня понял. Рома великолепно справляется. Вчера показывал выкладки.
Денис не вступил в беседу, давая Кристине возможность продолжить.
 Записи всякие, формулы…  развивала она свою мысль.  Я, конечно, в них полный дуб, но Рома был здорово возбужден. Я видела его глаза, они не обманывают.
 Подожди, что-то я не пойму. Рома приезжал в Англию?  только сейчас дошло до сознания Дениса.
 А он и не уезжал никуда,  брови Кристины вызывающе поднялись,  с чего ты взял?
Денис не сразу стряхнул наваждение. Слова Кристины, казалось ему, медленно плыли в воздухе  нежеланные, не касаясь сознания.
За пальмой раздался сдавленный шепот. Скрипнули ножки стола, и трехпинтовая бутылка с водой упала на пластмассовый бок. Никому до нее не было дела, и она, медленно докатившись до края, звучно шлепнулась на пол.
 Тебе не кажется, что испанские каникулы мальчика затянулись?  после длительной паузы спросил Денис и, безрассудно шагнул к самой пропасти,  а живет он где?
 Думал у нас?  усмехнулась Кристина.  Я сняла для него квартиру.
Денис отрешенно посмотрел по сторонам. Его руки обмякли и не захотели больше держать пирожно-го. Оно стало ненужным, и Денис положил его прямо на стол.
 Полищук, это просто смешно!  Кристина накрыла огромную руку своими ладошками.
Эти ладошки приехали специально к нему. Они источали запах тысячи мелочей  таких привычных и неприметных на воле и таких волнующих в этой комнате, учрежденной на границе миров. От них пах-ло кожаной оплеткой автомобильного руля, ручкой тележки из супермаркета, поручнями у подъезда, ключами от дома, пахло постельным бельем, на котором они спали когда-то вдвоем. Даже воздух, кото-рый запутался в ее светлой прическе и между ворсинок одежды, был совсем не таким. Денису захотелось зарыться в ее волосах и вволю им надышаться. Вместо этого он выдернул руку как обоженный:
 Тебя Рома привез?
 Знаешь что, давай по порядку. Я многого тебе не рассказывала, боялась говорить по телефону. Ты помнишь тот день, когда тебя задержали в аэропорту? Впрочем, наверняка помнишь в мельчайших дета-лях. И наверняка думаешь, что все события тогда крутились только вокруг тебя. Ты прав. Но только и у меня есть своя правда, она ничем не хуже твоей. Не думай, что раз меня не арестовали, то мне пришлось легко. Я никогда в подобные переплеты не попадала. До того, как ты появился на моем горизонте, я и не думала заниматься ничем подобным. Моя жизнь наполнилась риском только из-за тебя. Но и когда на-полнилась, я опасности в полной мере не ощутила  тоже, как ни странно, благодаря тебе. За твоей спи-ной я чувствовала себя в полном спокойствии.
И вдруг мир перевернулся. Тебя арестовывают, я толком не знаю за что. Мне показалось, что у меня земля горит под ногами. Я всё ждала, что ко мне тоже вот-вот подойдут и по-змеиному скажут: "Прой-демте". До сих пор не понимаю, как сообразила забрать твое портмоне.
Я выбралась из таможенной зоны и не знала, что делать. Ромка стоит и смотрит на меня как теленок. Он даже испугаться толком-то не успел. Мы же его берегли. Чего ему опасаться? Компьютерная клавиа-тура наручников ведь не наденет. А эта его поездка в Испанию  думаешь он в полной мере все пони-мал? Да он воспринимал ее как веселую и немного перченую авантюру!
Я велела ему срочно уезжать в город и дала денег, чтобы если меня арестуют, он смог бы некоторое время пожить в Лондоне, а потом уехать домой. Мы договорились о встрече в десять вечера на набереж-ной возле моста у Вестминстера  первое место, что пришло мне в голову. Помнишь, мы там фотографи-ровались, когда только приехали в Англию?
Денис кивнул. На мгновенье его настроение просветлело. Он очень хорошо помнил и то место, и день. Тогда они с Кристиной были полны радостных ожиданий. Перед ними расстилалась новая, сулящая неизведанные ощущения жизнь. И вот сейчас… Денис опять помрачнел, вспыхнувшая было радость сменилась мукой беспросветной утраты, маячившей вдалеке неясной, но огромной тенью.
За пальмой снова послышались звуки. Они нарастали, как приближающийся свадебный поезд. Джон с женой подозвали дочку и что-то показывали ей, старясь, чтоб она встала спиной к зеленому уголку. Индусские тетки встревоженно закудахтали на своих сорванцов, и они, закончив кататься, теперь смир-но сидели напротив своих чашек и хмуро отчитывались в чем-то отцу.
 Отправила я Ромку, а сама заперлась в туалете аэровокзала. Документы я порвала в клочья и спусти-ла в канализацию. С кредитками пришлось повозиться. Я резала их маникюрными ножницами, но они все равно не хотели тонуть. Пришлось их выуживать из унитаза и кромсать еще мельче. После, когда я шла на экспресс, мне казалось, что очнувшиеся полицейские пялятся на меня из всех видеокамер. Глупо, правда?  нервно хохотнула Кристина.  Ничего, пронесло. Слава Богу, если это не богохульство.
Куда идти в Лондоне?.. Ночевать у нас дома я побоялась. Мы с Ромой сняли гостиницу. Выбрали по-дешевле, чтобы не спрашивали документов. Я даже не представляла, что заграницей такие есть  всего один туалет на этаже, допотопный, просто дырка в полу, как на советских вокзалах лет двадцать назад. На следующий день я связалась с адвокатским бюро, но они мне перезвонили и сообщили, что ты при-знал свою вину и осужден в упрощенном порядке. Я не знала, грозит ли тебе еще что-нибудь, не знала, что им известно про Ромку. Как я могла отправить его в Россию в такой обстановке? А если он в розы-ске!?
Денис молча слушал. Надежда, слабо забрезжившая в нем, манила и притягивала, но он не решался довериться ей. Его мозг упрямо вычленил фразу, которая теперь стучала с монотонной настойчивостью: "Мы с Ромой сняли гостиницу".
Блестящий от пота Фил бессильно отвалился на спинку стула и промурлыкал.
 Бэби, ты факинг волшебница.
 Волшебство пропадет к гребаной матери,  нежно прорычала измочаленная пантера,  если я не по-курю прямо сейчас.
 У меня есть кое-что для тебя,  сладкой патокой пролилось обещание.
Фил ссадил подружку с себя, застегнул штаны и нагнулся. В носках у него были припрятаны сигаре-та и пара спичек с чиркашкой. По комнате свиданий пополз слоеный дым. Родственницы индуса недо-вольно поморщились, и речь их приобрела дерганное звучание.
Официантка припала к стойке буфета и что-то проговорила. Через минуту загудел и щелкнул элек-трический замок. В комнату ввалились двое охранников. Официантка сдула со лба волосы и елезаметно кивнула в сторону пальмы.
 В общественных местах курить запрещается,  строго произнес первый охранник.
 Фак ю,  добродушно огрызнулась пантера и засмеялась, сначала лениво, потом, видя, что и Фил тоже прыснул  всё более расходясь и, наконец, уже не в силах остановиться, стала задыхаться от хохота, истерически повторяя:
 Я факинг волшебница…вы что, не знаете?… волшебницам можно… нет?
Охранник повел носом и занервничал. Обернувшись к товарищу, он предположил:
 Гашиш?…
Напарник нахмурился и кивнул.
Фил утирая слезы, перегибался пополам, съезжал со стула и твердил:
 О-о, бэби! Йес, бэби… стоп бэби… сто-оп…
Посовещавшись с рацией, тюремщики объявили:
 Всё. Свидание прекращается.
Пантера на секунду замолкла, ее лицо перекосила гримаса презрения, и она выбросила оттопырен-ный средний палец  со смаком, на полностью вытянутой руке. Но, взглянув на корчившегося от смеха Фила, не выдержала, обессилено уронила руку и, сипло подвывая себе, опять закатилась. Охранники пе-реглянулись, покрепче заправили амуницию и потащили парочку к выходу. Насильник из корпуса "Е" следил за процессией немигающим взглядом. Его тонкие губы ломко подрагивали.
Столик Дениса и Кристины был единственным, где развернувшимся событиям внимания не придали.
 Что же мне оставалось делать?  Кристина сидела прямо, ее глаза отчаянно метались в попытке об-рести понимание.  Я оставила Рому в Лондоне. Предполагала, что на время. А через день после твоего задержания банки залатали систему безопасности. Мы не знали, что и подумать: совпадение это или нет.
 Вы что же,  угрюмо поднял глаза Денис,  на меня подумали?
 Нет. Но я очень боялась,  порывисто сказала Кристина,  мне было гораздо хуже, чем в Питере, после того как в тебя стреляли. Тогда я хотя бы знала, что делать. Тебя нужно было выхаживать, вот и всё. Я знала, что страшное уже позади. А теперь…  Кристина отвернулась, глаза ее заблестели.
 Ну что ты, Кристик,  сказал Денис и неловко погладил вздрагивающую руку.
 У тебя рука липкая,  сквозь мокрый блеск улыбнулась Кристина,  вся в пирожных.
 Да я ведь ничего не говорю. Просто мне неспокойно. Я здесь. А вы…  он виновато поправился,  ты… там. И в августе ко мне на свидание не приехала. По каким-то делам уезжала…
 Я купила литовский паспорт и уехала в Питер. По своему я ехать боялась. Пересидела там две неде-ли. И вернулась. Это всё нервы. Был бы ты рядом, всё сложилось бы по-другому,  горестно вздохнула она и, как будто опомнившись, продолжила,  я на режиссерские курсы пошла.
 На режиссерские курсы,  эхом повторил за ней Денис.
 Ну да. А что мне оставалось делать? На работу ты мне идти не разрешаешь…
 Ещё чего,  фыркнул Денис.
 Бизнесом заниматься я не умею. Ромке я не помощница. Давай, выходи быстрее…
 Осталось немного,  успокоил Денис.  Значит бизнесом заниматься ты не умеешь? А как же твоя мечта о туристической фирме?
 А вдруг девушка ошибалась?  прищурилась Кристина.  Вдруг мне просто путешествовать нрави-лось?
 А эти курсы… Это откуда?
 Документалистика… Мне давно нравилось снимать. Природу, например,  она мечтательно оживи-лась,  давай поедем а Антарктику, снимем кино. Или в Исландию.
Денис улыбнулся:
 Так там же мерзлота. Красок нет ярких.
 Лапоть ты! Мы черно-белое снимем. Знаешь, как классно! Настоящие художники должны уметь вы-ражать себя в двухцветной палитре. Ты бывал на фотовыставках? Там сплошь черно-белые фотографии. Простор для полета творческой мысли,  искоса глянув на Дениса она призналась,  я уже и фотоаппарат купила, с набором объективов. На прошлой неделе ездила в Дувр снимать бурное море и чаек.
 Черно-белых?
 Ага. Полищук, миленький, выходи поскорей,  плаксивым голосом закончила она,  я не выдержу.
 Ну-ну,  оттаивая, пробурчал Денис,  а жены декабристов как же? Забыла?
 Я не хочу как они. У них, небось, деревеньки с крестьянами были, гарантированные доходы. Кстати,  встрепенулась Кристина,  один знакомый бизнесмен за годичный кредит предлагает четыре процента месячных.
 Очень высокий процент. Не кидалово?
 Да вроде нет. У него строительный бизнес. Все стабильно. Добивается городского подряда.
 А сколько он хочет?
 Сто тысяч фунтов.
 Две трети от того, что у нас сейчас есть.
 Бумаги я проверяла. Все в порядке. Сделку кредитования обещает оформить через нотариуса.
 А нельзя подождать пока я выйду? Я бы сам посмотрел: и на документы и на человека.
 Нет, ждать нельзя. Тендер уже объявлен.
 А как ты познакомилась с ним? Где он работает?
 В Сургуте.
 Наш Рома как раз оттуда.
 Ну да. Через него я и познакомилась.

Tags: Отрывки

Лабиринтами старого здания Дениса отконвоировали в двухместную камеру, расположенную на пер-вом этаже. Впечатление от увиденных интерьеров подтолкнули к печальному выводу: тюрьма есть тюрьма, независимо от страны нахождения.
Темные стены камеры были щедро исписаны, штукатурка вся в трещинах, окно  маленькое полу-кружье, и расположено так высоко, что кроме неба ничего не увидеть. Да и смотреть туда не очень-то и хотелось  оргстекло было разбито, напоминанием остались лишь несколько торчащих осколков в форме хищнических зубов.
На захламленном столике негритянским регги орал телевизор, двухъярусная кровать пустовала. Ак-куратно застеленный верх предназначался, вероятно, для новичка, внизу кто-то жил  подушка, загнан-ная в угол между стеной и спинкой кровати, и смятое одеяло свидетельствовали об этом. В нос Денису шибанул спертый воздух, наполненный запахами, от которых хотелось бежать.
За невысокой кирпичной стенкой, отделяющей угол камеры, послышался звук спускаемой воды. Од-новременно над ней показалась черная голова, украшенная мелко заплетенными косами  дредами.
Голова оскалила белые зубы, что-то проговорила и, выплыв из-за кирпичного барьера, направилась к Денису. Сокамерник  а кто же ещё?  выглядел оживленно до степени, наталкивающей на вопрос о причине. Белки его глаз покрывала густая сеть капилляров, частью лопнувших, а зрачки блестели неес-тественным светом. Не столько мускулистый, сколько по виду жилистый, он передвигался шаткой и дер-ганной походкой.
 Хелло, браза , й-йоу!  плаксивым голосом взвизгнул чернокожий, протягивая обе руки.
Еще в курсантские времена Дениса в шутку называли монахом за его нелюбовь к веселым тусовкам. Он не жаловал ни наркоманов, ни алкоголиков, ни просто курильщиков. Наплевательское отношение к собственному здоровью казалось ему верхом иррациональности. А пренебрежение к чужому он считал оскорблением.
Сделав встречное движение рукой, Полищук тут же отдернул ее и быстро отступил влево. Негр по инерции потянулся вперед, туда, где только что была рука новичка, и, ускоренный легким толчком в спину, налетел на раковину.
 Извини, браза, руки помыть после туалета не хочешь?  как-то само собой получилось у Дениса по-английски.
Подойдя к столу, он убавил звук телевизора. В наступившей тишине послышались распевные завы-вания сокамерника:
 Факинг умник! Кто ты думаешь ты такой? Я скажу тебе кто ты! Факинг тупица, вот ты кто.
Не обращая внимания на причитания, Денис полез на верхнюю кровать. Ни малейшего желания вы-искивать в плотной череде сегодняшних впечатлений место для выходок еле ворочающего языком, не представляющего в таком состоянии серьезной опасности наркомана у него не было. День итак казался слишком насыщенным.
Продолжая бормотать, сокамерник, полез за раковину, достал оттуда целлофановый пакетик, в кото-ром он, видимо, и хранил свой дурман. Отщипнув несколько крошек, остальное он упрятал обратно, уселся на своей кровати и усердно закопошился. Полищук, убедившись в безобидности поведения сосе-да, прикрыл глаза и задумался о своем положении.
Реальность нынешней обстановки особо не угнетала его. Девяносто дней выдержать можно. Он справится, не это главное. Лишь бы Кристина не подвела, сумела бы успокоить и удержать Ромку  того самого хакера, с чьей помощью им удалось пробить бреши в системе защиты двух монстров английского банковского сектора: HSBC и Barclays. С ними, с ядром команды, когда выйдет, он горы свернет.

Еще вчера они втроём прогуливались в Барселоне  по шумному бульвару La Rambla от площади Ка-талонии в сторону моря. Ромку они взяли с собой впервые  не работать, а отдохнуть. Парень до этого ни разу не бывал за границей. Раньше, когда состав команды был пестрым и многочисленным, Денис не решался засвечивать мозг группировки, слишком уж он им дорожил.
Ромка ел фрукты, купался, бездельничал. Возле банков Денис ему появляться строго настрого запре-тил. Мозг, оставшийся без пищи, шлялся по улицам, с радостным умилением пялился на банкоматы и на платежные терминалы, а под конец турне сообщил, что подумывает о расшифровке протокола радиооб-мена данными между базой и переносным карточным терминалом.
 Перспективно,  одобрила Кристина.
 Ещё бы!  перехватило дух у Ромы.  Это же всё! Мы ж на расстоянии сможем увидеть содержание магнитной полосы банковской карточки. Первая дорожка  фамилия владельца, вторая  номер карточ-ки. Чего ещё надо?
 Ещё надо PIN -код, Ромик,  напомнил Денис.
Рома завертел головой и, что-то увидав, потащил всех назад:
 Вон, видите, напротив входа на продовольственный рынок передвижной киоск торгует сувенирами. У продавца в руках POS -терминал для считывания карточек. В киоск коммуникации не проведены, это переносной терминал. Видите?
 Да видим-видим,  согласилась Кристина.  Позавчера мы здесь купили туристическую карту и на-бор сувенирных бокалов. Действительно, расплатились мы карточкой, но PIN-кода мы не набирали.
 Это потому, что ваша покупка не превысила определенного лимита. А если бы вы заплатили евриков пятьдесят, за серёжки или браслетик, например, то продавец вполне мог бы попросить вас набрать PIN-код на специальном наборнике.
 Каковы размеры лимита?  выказал заинтересованность Денис.
 Банки сдают терминалы в аренду и лимитов не устанавливают. Владелец торговой точки сам решает, с какой суммы начинать подозревать покупателя в мошенничестве. Материальная ответственность лежит на торговом предприятии. А если точнее, то на страховщике, который поэтому настоятельно рекоменду-ет лимиты снижать.
 Откуда ты знаешь такие подробности, Ромочка?  кокетливо удивилась Кристина.  Ты же програм-мист, а не финансист.
 Я российский программист,  внес поправку Рома,  у меня натура пытливая.
 Ну, предположим,  задумчиво согласился Денис,  а дальше-то что?
 Дальше элементарно. Покупаешь в специализированном магазине белый пластик и кодируешь его.
 - Белый пластик? - взяв Рому под руку, Кристина заглянула ему в глаза.
- Так называются заготовки карточек. Они без рисунка, белые. Но с магнитной полосой. Ничего по-дозрительного в такой покупке нет - в наше время магнитные карточки используются во многих облас-тях, не только в банковской. Предприятия, например, оснащают двери своих помещений карточными замками. Встречаются и компьютерные клавиатуры, снабженные прорезью для считывания магнитной полосы. Они используются как часть системы распределенного доступа к базам данных.
- Ладно, понятно в общих чертах. А кодировать как? - буркнул Денис.
- Элементарно. За несколько сотен баксов в том же магазине покупаешь устройство для чтения-записи на магнитную полосу, так называемую "писалку", присоединяешь к компьютеру и штампуешь карточки.
- А я читала, что сейчас происходит замена карточек с магнитной полосой на карточки с микрочипами. Их тоже можно копировать? - не унималась Кристина.
- Да ты, погляжу, тоже пытливая, - ухмыльнулся Денис.
- Подожди, - отмахнулась Кристина, - интересно же.
- Хочешь устроить кошмар на улице банкоматов? Люся Крюгер возвращается!
- Ой, ну Денис! - носик Кристины сморщился. - Какая еще Люся Крюгер?
- По аналогии с "Кошмаром на улице Вязов". Там злодействовал Фредди Крюгер, - не увидев понимания в глазах Кристины, Денис закруглился. - Шучу.
- Не шути больше так, - поставила точку Кристина, - никакая я тебе не Люся Крюгер. - Так что ты там говоришь,Рома?
- Микрочип скопировать так просто нельзя, - спокойно продолжил Рома, - это не просто носитель инфор-мации, это микропроцессор. Но бояться их скорого прихода не стоит. Разговоры о замене идут уже десять лет, но, как это ни парадоксально, сами же платежные системы процесс перехода и тормозят.
-Странно,искреннеудивиласьКристина.

Не так уж и странно,  возразил Рома,  есть масса организационных сложности, к тому же глобальное переоснащение требует крупных вложений. А банки ведь по своей сути это ростовщики, то есть стяжа-тели, они в принципе ориентированы на доходы, а не на расходы.
 А разве уровень безопасности не влияет на прибыли?  недоверчиво уточнил Денис.
 Карточные мошенничества составляют ничтожную долю банковских убытков от преступлений. Са-мая большая проблема для банков  это защита от нечистоплотности собственного персонала. Пред-ставьте, какие дыры пробивают менеджеры, за взятки выдающие "плохие" кредиты. Они ведь тысячами руки не пачкают. Стартовый порог  миллион.

Воспоминания Дениса прервал приторно-вязкий запах. Сокамерник, сидя на нижней кровати, раску-ривал косячок. Плотный дым поднимался наверх. Денис свесил голову и ожег чернокожего недовольным взглядом, но тот уже был в собственном мире. Дерзкая улыбка блуждала по его лицу.
 Й-йоу, браза!  за фальшью дружелюбия клокотал еле сдерживаемый вызов.
В телевизоре появился силуэт Боба Марли  борца против современного Вавилона, абстрактного по-нятия, означающего скопище пороков, бездушия и корысти. Негр осклабился и, нетвердой походкой по-дойдя к телевизору, включил звук на полную громкость. Когда он повернулся обратно, в его руках угро-жающе прыгала солидных размеров заточка. Камеру заполнил узнаваемый ритм. Свободолюбивый ку-мир поклонников конопли в огромном красно-желто-зеленом берете призывал к борьбе с притеснителя-ми. Голые ноги в особых сандалиях, позволяющих чувствовать растаманам земные вибрации, били пят-ками дробь.
"Началось,  огорчился Полищук,  надо как-то противодействовать".
Продолжая лежать на спине, той рукой, что касалась стены, он незаметно взялся покрепче за раму кровати, резко выбросив тело, другой рукой схватил сокамерника за африканские патлы и с силой дернул его на себя. Раздался глухой удар лобной кости о металлический угол кровати.
Дреды для чернокожего это не только напоминание об африканских толстых красивых волосах, но еще и о гриве льва-воина. Есть у них и более глубокое толкование: когда наступит конец света, бог Джа узнает растаманов по косичкам на голове, и, подцепив за них, вытащит свой народ прямо в рай. Наивно, конечно, но не наивнее библейского обрезания.
"Надо будет покороче подстричься ",  подумал Денис, спрыгивая на пол.
Отшвырнув под кровать заточку, выпавшую из ослабевшей руки борца за свободу, он развернул его к себе задом и ногой с силой послал в сторону выхода. Дверь с громким стуком приняла тело и деликат-но позволила ему сползти по своей поверхности. Денис брезгливо вытряс содержимое пепельницы в унитаз и услышал нетерпеливо проворачивающийся в замке ключ.
Вбежавшие охранники первым делом схватили Дениса и приковали наручниками к спинке кровати. Потом, склонившись над негром, попытались вернуть его в чувство.
 Что произошло с Брауном, Поличак?  захотел узнать один из них и, не вставая, повернулся к Дени-су.
 Спросите его,  последовал лаконичный ответ.
Офицер прищурился и осмотрел помещение. Взгляд его остановился на предмете, валяющемся под кроватью. Присвистнув, он вытащил заточку.
 Твоя?  удивленно уставился он на Полищука.
Денис равнодушно отвернулся. В коридоре послышались торопливый перестук каблучков, и в каме-ру вбежала женщина с медицинской сумкой.
 Марихуана,  констатировала она, сморщив носик, и присела возле распростертого на полу Брауна.
Проверив пульс и зрачки, она осмотрела голову пострадавшего и после этого помахала у него перед носом чем-то вроде нашатырного спирта. Браун слегка дернулся, его веки задрожали и приоткрылись.
 Браун, ты меня слышишь? Как ты?  участливо спросила доктор.
Браун разлепил губы, всей грудью вздохнул и, увидев Полищука, тихо сказал:
 Я убью тебя.
В коридоре опять послышались торопливые шаги. Тяжело дыша, в камеру ввалился толстяк в еле сходящемся на животе мундире.
 Поличак,  тщетно пытаясь побороть одышку, выпалил он,  собирайся, произошла ошибка. Пой-дешь в корпус "Си". Ты ведь осужденный

Tags: Отрывки

- Тармо, а как мы узнаем, что на Землю возвращаются Тем-ные Боги?
- Почувствуем. Можешь не сомневаться.
- Ну что я, например, почувствую? Они как бы дотронутся до меня? Или я что-то услышу?
- Почувствуешь и все тут.
- А видно их будет?
- До чего же ты глупая, Анне. Их невозможно увидеть. Го-ворю же, это четвертое измерение. Хаотические, зловещие энергии. Когда они появятся, у тебя не останется никаких сомнений.
- А это страшно?
- Страшно, конечно. А ты как думала.
- Ой, Тармо!
- Ну что встала, пошли. Мы уже близко.
- Я ногу на кочке подвернула. Ты светишь только перед со-бой.
- Давай, обопрись на меня и пошли. Лес уже кончился, сей-час будет ровное поле. Мастер Храма не любит, когда опаздывают. И не дрожи ты так. Ты же ведь приготовилась.
- Приготовилась.
- Или наврала?
- Ничего себе, наврала! Я семь дней не ела мяса, не пила ал-коголя и не разговаривала.
- Хм..
- Почти не разговаривала. Только по делу.
- Да тише ты, не кричи на всю местность. Diabolus пела?
- Девять раз в день.
- Учти, если наврала, тебе плохо будет.
- Плохо?
- Мы будем взывать к хаотическим энергиям. Чтоб они рас-сеялись и заняли место согласно природе. Если кому-то из призы-вающих не хватит подготовки или желания, все обернется против него же.
- Мне хватит желания!
- А подготовка? Сексом занималась?
- Как будто сам не знаешь, что нет!
- Мало ли… А капюшон при дневном свете носила?
- Ты что, я же в магазине работаю!
- Вот видишь…
- А в остальное время носила! И черные свечи зажигала, и ладаном Сатурна квартиру окуривала. Тармо, а что, Мастер и Гос-пожа прямо при всех будут трахаться?
- Совершать сексуальный акт, а не трахаться. Чтоб провод-ник приоткрылся.
- Какой проводник?
- К Темным Богам.
- А убивать никого не будут?
- Чего-чего?
- По телевизору говорили, что сатанисты человека закалы-вают, а потом с трупом совершают сексуальный акт.
- Тьфу ты! Больше смотри телевизор.
- А у вас нет такого?
- Наша церковь людей в жертву не приносит. Сколько раз тебе говорил. Осторожно, канава. Все символично. На крайний случай животных.
- Тармо, а точно меня никто из посторонних трахать не бу-дет?
- Ты же не Жрица. Главное, во время оргии не отходи от ме-ня. Вот он наш холм. Пришли. Во время войны тут был дзот, а под ним вход в подземелье. Теперь все завалено, кроме одного лаза. Он с другой стороны, в кустах.
- Ой! Хлестануло мне по лицу. Придерживай ветки.
- Все, стой и не двигайся! Я спущусь, потом ты потихоньку. Внизу переоденемся в черные мантии.
- Здесь высоко?
- Не бойся. Я приму тебя.
- Смотри, осторожнее, мне вчера накладные ногти сделали.
- Не шуми! Хутор Сооталу неподалеку, собаки там здоро-венные. Да и из автомата хозяин пострелять не дурак, особенно если выпьет.
- У него автомат?
- Ему положено. Он командир кейлаской дружины Кайтсе-лита. Серьезный мужик.


Вдоль известняковых стен мерцали огоньки. Слабого пламени торчащих из жестянок фитилей едва хватало, чтобы не сбиться с пути. Анне двигалась по усыпанному каменными обломками под-земелью неуверенными шагами, с каждым пройденным поворотом все крепче прижимаясь к Тармо. Крупная дрожь, сотрясающая те-ло девушки, передалась и ему.
- Холодно здесь, - лязгнул он зубами.
- И запах противный, - закивала головой Анне.
Из уступа в стене невидимой тенью выскользнул человек в ка-пюшоне и маске, взял Тармо под локоть и произнес:
- Страж Храма приветствует дорогих гостей.
Тармо, отшатнувшись, натолкнулся на спутницу. Она от этого пискнула и перестала дрожать.
- Церемония уже началась, вы последние. Идете за мной, - распорядился Страж и быстро пошел вперед. Разлетающиеся полы его мантии изредка цепляли валяющиеся по дороге мелкие камуш-ки, в остальном двигался он абсолютно бесшумно.
Следующий поворот вывел троицу на широкую магистраль. Почувствовалось движение воздуха. Многие фитили не горели. Страж вдруг пропал - также внезапно, как появился.
- Сюда, - послышался шепот, и Тармо заметил, как шевель-нулась одна из стен.
Протянув руку, он наткнулся на грубую ткань - на ощупь бре-зент, потянул за собой Анне, и они очутились в промежуточной зоне. За второй такой же портьерой открылось некое подобие зала. Он хорошо освещался. Внутри находилась паства - человек пять-десят, все в черных мантиях. От того, что в зал вошли новые люди, пламя десятков свечей колыхнулось, но никто из стоящих полукру-гом людей не обернулся. Анне робко оглянулась по сторонам.
- Это Жрица, - шепнул Тармо.
Все смотрели на обнаженную женщину, восседающую на пье-дестале, накрытом черной тканью. Лет тридцать, не меньше, обык-новенненькая, - прикинула Анне. Рядом, на деревянной кафедре покоился кварцевый кристалл небывалых размеров, по форме тет-рагедрон.
- Подойдите к алтарю, дорогие гости!
Анне вытянула шею, чтобы понять, кому принадлежит голос. Паства расступилась, и она увидела сухопарого мужчину, облачен-ного в пурпурную мантию. Его выступающий вперед подбородок и стремящий к нему тонкий нос, давали наглядное представление о том, как могут быть связаны род деятельности человека и внеш-ность. Низко сдвинутый капюшон не позволял определить его воз-раста.
- Я Мастер Храма, - сказал мужчина надтреснутым голосом.
Сквозь образовавшийся проход Анне и Тармо прошли вперед и увидели еще одного человека, одетого в пурпурную мантию. Это была женщина лет пятидесяти, ее глаза вдохновенно блестели, а пухленькое личико было торжественно-благостным, как у чинов-ника ЗАГСа. Полукольцо вновь сомкнулось и тогда Мастер Храма, распахнув полы, воздел к прокопченным сводам руки, до этого скрещенные на груди. Одна из них сжимала рукоятку ножа.
- Я, Госпожа Земли, говорю, - на глазах женщины в пур-пурной накидке выступили слезы, голос ее зазвенел, - Мастер! Те-бе по силам просить за этих многих. Своими глазами ты видишь, как мы, братья и сестры, ищущие Тьмы, ожидаем призыва наших богов.
Мастер, заглядывая Жрице в глаза, положил на ее чрево нож. Госпожа Земли встала на колени, обхватила руками кристалл и, подвывая, объявила:
- Темные Боги выбрали Жертву!
Паства замерла. Анне закусила губу и придвинулась к Тармо. Госпожа Земли оторвала взгляд от кристалла и обессиленным голо-сом произнесла:
- Это Тармо.
Появившиеся словно из-под земли Стражи в два счета оттесни-ли Анне. Тармо не сопротивлялся. С него сорвали накидку, завели назад руки и связали их толстой веревкой. Госпожа Земли дала знак, и Жертву, подняв на алтарь, уложили возле Жрицы.
- Binan ath ga wath am, - отрешенно произнесла Госпожа Земли.
- Binan ath ga wath am, - нараспев подхватила паства, у мно-гих сразу заблестели глаза.
- Будем танцевать! - сказал Мастер и девять раз хлопнул в ладоши.
Братья и сестры, как будто дожидаясь этой команды, тут же сбросили капюшоны. Образовался круг, и они, переплетясь руками, закружили против часовой стрелки. Одна только Анне не тронулась с места.
Обнаженный Тармо лежал на спине. Подняв голову, он обвел взглядом зал и увидел оцепеневшую фигурку. Из-под съехавшего вбок капюшона на него смотрел один глаз. Второго не было видно. Тармо ободряюще улыбнулся. Глаз заморгал, и по щеке расстели-лась мокрая полоса.


Мастер Храма снял капюшон, под ним обнаружилась шишка-стая голова без единого волоска. Голова улыбнулась вытянувши-мися в нитку губами, и паства, убыстрив кружение вокруг алтаря, слаженно завела Sanctus Satanas. Круг раздался. Выкрикивая стро-фы на манер заклинаний, танцующие больше не задевали окаме-невшую в напряжении Анне. Жрица перегнулась через лежащего Тармо, свесилась с алтаря и долгим поцелуем распечатала губы Мастера. Когда отвисшие груди мазнули по животу Тармо, он за-крыл глаза. По телу Анне разлилась слабость, ноги стали чужими, и она, уговаривая рассудок не покинуть ее, осела на известняк.
Госпожа Земли, по-прежнему стояла возле кристалла. Когда неистовство хоровода выросло почти до обжигающего накала, она прикрыла глаза и тоже запела. Но Diabolus, а не Sanctus Satanas.
Ее голос, слабый и тихий, не пытался соперничать с движу-щимся к исступлению хором. Как свыкшийся с канонадой боец может насторожиться от еле слышного шороха, так распаленные люди в подземном храме услышали Госпожу, остановились и за-молчали, околдованные магией, разносящейся по пещере.
Мастер оторвался от Жрицы и прибавил свой голос, в пении неожиданно тонкий и по козлиному сладострастный. Тармо вздрогнул, снова ощутив царапнувшие кожу соски и вслед за этим горячее и влажное прикосновение к самому центру - язык Жрицы то дотрагивался до обнаженного тела и сообразно протяжной мело-дии неспешно его увлажнял, то отнимался, но ровно на столько, чтобы дождаться встречного трепета, дать ему выгореть и лишь тогда опять прикасался.
Анне во все глаза смотрела на Госпожу. Чем дольше та пела, тем гуще в сердце девушки расцветало чувство неземной благодар-ности и восторга за дарованное понимание Истины, так, впрочем, на словестном уровне и неосознанной. Закончив петь, Госпожа сбросила пурпурную мантию, явив пастве дебелое тело, показав-шееся Анне немыслимо привлекательным и манящим.
- Белое сияние, - как в тумане прошептала она.
Мастер опять улыбнулся нитевидной улыбкой и тоже сбросил пурпур. Вдохновленная наставниками паства лихорадочно освобо-ждалась от накидок. Один из Стражей - от остальных его теперь отличала только надетая маска - подскочил к поднимающейся с каменного пола Анне.
– Удвоим энергию, сестра! Мы на пороге Непознанного, - скороговоркой возвестил он и, протянув к ней нетерпеливые руки, дернул за кончик завязки.
Черная материя соскользнула по голым плечам, и Страж, пере-двинув на лоб маску, под которой прятались усы Сальвадора Дали, нырнул в заострившиеся девичьи груди. Анне откинула назад голо-ву и захохотала. Но тут в поле ее зрения попало действо, верша-щееся на алтаре: приняв позу наездницы, Жрица в приступе нена-сытного желания вбивала себя в помогающее ей встречным движе-нием тело Жертвы. Усатый искатель Непознанного безотлагательно заработал отставку.
Мастер поднял с пола холщовый мешок, сунул в него руку и резким движением извлек оттуда черного петуха. Птица, одурев-шая от выпавших на ее долю невзгод, что было мочи захлопала крыльями. Мастер вплотную придвинулся к алтарю. Жрица, немно-го замедлив священный процесс, выхватила из-под спины Тармо нож и бешено махнула им в воздухе. Голова петуха отлетела неве-сомым комочком, а из шеи брызнул неровный фонтан. Жрица бро-сила нож и, судорожно втирая липкую кровь в грудь Тармо, мелко задергала тазом. Анне до смерти захотелось прикоснуться к ее тря-сущимся ягодицам. Глубины сознания неуверенно выпустили на поверхность реакцию возмущения нелепостью собственной мысли, но такую жалкую и худосочную, что ничего сколько-нибудь замет-ного из неё не последовало. Анне как завороженная подошла к ал-тарю, никто не пытался ей помешать. Раскрыв чуткие ладони, она приблизила их туда, куда ей хотелось, и, не смея тронуть округлые формы, принялась наглаживать воображаемые очертания. Кончики ее пальцев вскоре уловили жар волнообразных толчков, расстояние сократилось, и она, больше не в силах собой управлять, поломала накладные ногти о предмет своего неожиданного вожделения. Жрица замерла всем телом, но через несколько мгновений дрожа-ние опять прорвалось, начавшись с ее нижней губы, она с всхлипом втянула воздух, крупно вздрогнула и как в страду подкошенный стебель опустилась на Тармо.
– Тебе принадлежит самая прекрасная женщина на этом све-те, - услышала Анне шепот Мастера, - ты веришь мне?
Анне попыталась обернуться, но, прижавшись к ней сзади, он не позволил. По-подиумному виляя бедрами к ним шла Госпожа.
– Веришь мне? - Мастер тряхнул Анне за плечи.
– Верю, - изнывая от жалости к себе самой, до двадцати од-ного года ни разу не повстречавшей таких потрясающе красивых людей промолвила Анне.
– Верь. Каждому по вере его, - сказал Мастер и отпустил обезглавленного петуха. - Кристалл не поможет, если не веришь. И заклинания тоже. Чудеса творит внутренняя энергетика. Осознай это.
Безголовый петух, боком наскакивая на братьев и сестер, тут и там приумножающих энергетику, бежал, не разбирая дороги. Дав отведать шпор всем, кто попадался ему на пути, он прорвался сквозь человеческое месиво, пыхтя уходящее в Хаос, с разгона ут-кнулся в стену, отчаянно помогая себе крыльями, поднялся до са-мого свода, повисел, но вскоре потерял высоту, очутился на земле, затрепыхался, да и затих.
Ощутив губами напор прорывающегося языка Госпожи, Анне от счастья закрыла глаза. Прошла вечность, и ей в последний раз захотелось посмотреть на алтарь. Дисциплинированно извиваясь, Жрица продолжала символический ритуал приоткрытия проводни-ка к Темным Силам. Подле стоял Мастер Храма и, поглядывая по сторонам, копил энергетику.

Tags: Отрывки